Второзаконие - в высшей степени полезная книга. Символы представлены здесь всего лишь в нескольких местах, в то время как множество наставлений переполняют её страницы. В основе этого лежит вовсе не простое повторение сказанного в предыдущих книгах. Второзаконие, несмотря на своё название, взятое из Септуагинты, не является подобным повторением. Дух Бога через Моисея передал нам наряду с особым духовным увещеванием символы, касающиеся положения израильтян, когда они находились на самом краю обетованной земли. Они прошли пешком к восточному краю Иордана; теперь они были на границе той земли после того, как их длительная связь с Богом в пустыне достигла своей полноты. И эта книга (хотя и в ней есть намёки на то, о чем Бог говорил во всех предыдущих) не в меньшей степени, чем остальные, носит свой собственный своеобразный характер. Она отличается не комбинациями символов, какими бы ни были масштаб и цель тех символов, которые в ней встречаются, что мы видели в ясно выраженных формах, встречающихся в книгах Исход, Левит и Числа; здесь же все используемые Духом средства (будь это прямое заявление нравственного характера, составляющее большую часть данной книги, или ряд намёков, совпадающих с её практической целью) от первого до последнего, по-видимому, являются принуждением к повиновению, основанном на отношениях между Богом и израильтянами, которых Он ввёл как свой народ в свою землю. Поэтому само это вступление обращено к народу с целью осуществить эти требования.
Есть и другая особенность во Второзаконии, о которой коротко следует сказать до того, как мы перейдём к деталям; имеется в виду несостоятельность израильтян. Это было после случая с золотым тельцом и, более того, после всех исправительных мер, которые Бог предпринял в отношении своего народа. Они неоднократно видели свою собственную природу и в достаточной мере испытали долготерпение и милосердие Бога в процессе его управления ими. Теперь все это подходило к концу. И это задаёт тон книге. Их законодатель намеревался покинуть их и теперь оглядывался на прошлое; но взгляд Бога также был устремлён вперёд, на землю, в которую они собирались войти. Отсюда такой чрезвычайно серьёзный тон и сдержанность; эта серьёзность основана на великих отношениях с Богом, чья преданная и святая рука вводила их теперь в его землю. Прежде всего, главной целью было заставить народ Бога подчиниться ему. Это было подчинение людей, которые уже познали, что значит явно потерпеть неудачу при выполнении взятых на себя обязательств. То поколение, несомненно, вымерло, и вопрос заключался в том, было ли готово новое поколение войти в святую землю, извлекли ли они урок из прошлого? Престарелый законодатель, ведомый Святым Духом, должен был донести до их сердец эту убедительную истину.
Этот факт также объясняет то, почему книга Второзаконие используется в Новом Завете таким выразительным образом и при обстоятельствах весьма критических. На эту книгу ссылается Господь, будучи искушаем дьяволом. Он цитирует отрывки только из этой книги. Во всех трёх случаях Господь Иисус черпает ответы из Второзакония. Несомненно, это очень важно. Он не мог бы сослаться ни на какую другую книгу, как бы она ни подходила во всех отношениях к данной ситуации. Это было обязательно, и я думаю, потому, что нигде нет слов, которые можно было бы так удачно применить к этому случаю. Осмелюсь сказать, что здесь имеют место и другие соображения и что ссылка Господа на Второзаконие не ставит целью принизить соответствующие слова, встречающиеся в другом месте Писания. Нет нужды сомневаться в том, что слова, являющиеся цитатой из Второзакония, были самыми лучшими и были выбраны с божественным совершенством. По-видимому, глубочайшая мудрость кроется в цитировании выражений из этой книги, как и то, что её слова являются самыми подходящими. Книга, из которой они были выбраны, сама по себе исключительным образом подходит к данному случаю, как мы увидим это; можно ли сомневаться в том, что благословенный Господь знал об этом бесконечно лучше, когда соблаговолил процитировать эту книгу?
