Кровь Христа покорила весь мир со всеми людьми и другими тварями, населяющими его. Но почему во втором послании Петра (гл.2) мы узнаем, например, что развращённые еретики отвергли не искупившего, но купившего их Господа {Авторизованный перевод не делает, как, очевидно, следовало бы, различий между выражениями “agoradzo” или “exagoradzo”- “я покупаю” и “lutroo” - “я выкупаю”. Бог делает то и другое истинным во Христе для верующего; но приобретение безгранично, как утверждает исследование Нового Завета на греческом языке любого читающего Слово с покорной душой. Между тем, избавление имеет свои определённые цели.}. Владыка Господь сделал их своей собственностью: они стали частью того, что Он выкупил для себя своей кровью. Сами они этого не признавали, как и всякий неверующий, а потому относились с явным безразличием и даже с презрением к требованиям Господа. Верующий же не только искуплен драгоценной кровью Христа, но и освобождён от власти дьявола, что символизирует здесь Израиль. Поэтому две эти истины очевидны и взаимосвязаны друг с другом. Одна из них заключается в том, что дьявол не имеет больше никакого права на нас, он не может более властвовать над нами, а другая - в том, что Господь в любом случае имеет на нас полное право. Так давайте же признаем милосердие и мудрость нашего Бога, явленные в этих истинах.
То, что совершил Христос, полезно для нас и для славы Бога; но есть нечто такое, что следует отметить как результат искупления. Это заметно уже в данной главе, хотя более полно раскрывается в других главах. Именно после искупления Бог открывается с “величественной святостью”, чего Он не делал никогда прежде. Вряд ли кто может поверить (если, конечно, он никогда не заглядывал прежде в Библию и не преклонялся перед её истиной) в то, что Бог мог написать целую книгу и ни разу перед этим не обмолвился словом о святости. То, что Бог не должен был касаться темы святости в такой исполненной истин книги как Бытие, может удивить даже богослова. Но когда мы полностью доверимся истине, особо не вдаваясь в хитросплетения богословия, когда попытаемся вникнуть в суть божественного, а не просто в ту науку, в которую человек превратил его, тем самым лишая его присущей ему красоты и прелести, когда мы внимательно вчитаемся в Слово, стремясь постичь его, - только тогда нам откроется его совершенство и мы сможем им насладиться. Тема святости в Писании настолько же поставлена в зависимость от искупления, насколько возможно действительное пребывание Бога среди нас. Но как Он мог бы прийти к нам, пока не был искуплен грех? И как до искупления мог бы исчезнуть грех, чтобы Бог мог обрести покой среди людей?
