А ведь совсем недавно Ленин говорил и делал совсем другое! Еще до переезда из Швейцарии в Россию Ленин в написанной им листовке призывал требовать «немедленного созыва Учредительного собрания»[276]. В своей статье «О задачах пролетариата в данной революции», написанной на основе его апрельских тезисов, Ленин патетически восклицал: «Мне приписывают взгляд, будто я против скорейшего созыва Учредительного собрания!!!
Я бы назвал это «бредовыми» выражениями…»[277]
Большевики до самого Октября продолжали себя выдавать за последовательных сторонников созыва Учредительного собрания. На следующий день после переворота «Правда» провозглашала: «Товарищи, вы своею кровью обеспечили созыв в срок хозяина земли русской – Всероссийского Учредительного собрания».
Еще Временное правительство определило, что выборы в Собрание состоятся (17) 30 сентября 1917 года, а его созыв – 30 сентября (13 октября). Постановление было подписано 14 июня 1917 года председателем правительства Львовым и министром юстиции Переверзевым. Выделили на проведение народного волеизъявления 6 миллионов рублей. Правда, позже, уже Керенскому, который стал председателем правительства, и министру юстиции Зарудному выборы пришлось перенести на 12 ноября (и эти сроки не оказались последними), а созыв Учредительного собрания – на 28 ноября. Когда начались переносы сроков и выявилось враждебное отношение большевиков к Учредительному собранию, Зинаида Гиппиус задолго до его роспуска уже оплакала его судьбу:
В состав комиссии по выборам вошли достаточно известные люди: Л.М. Брамсон, М.М. Винавер, М.В. Вишняк, В.М. Гессен, В.В. Гомберг, М.И. Градзицкий, В.Н. Крохмаль, А.Г. Делюхин, Г.Н. Лордкипанидзе, В.А. Маклаков, В.Д. Набоков, барон Б.Э. Нольде, Э.Н. Понтович, М.С. Фокеев, И.В. Яшунецкий и некоторые другие. Председателем комиссии стал Н.И. Авинов.
Было определено, что подготовка списков и проведение выборов возлагаются на органы волостного и городского местного самоуправления. Определено представительство от избирательных округов. Например, Воронежский округ должен был избрать 15 членов Учредительного собрания, Забайкальский – 7, Казанский – 12, Камчатский – 1, Киевский – 22, Московский (столичный) – 10, Московский (губернский) – 9, Пермский – 18, Таврический – 9, Тобольский – 10, Харьковский – 15 и т. д.[279]
В один день выборы провести не удалось. В ряде мест они проходили в течение всего декабря. Было избрано 715 человек. Результаты для большевиков оказались обескураживающими. Они получили в собрании 175 мест, эсеры – 370, левые эсеры – 40, меньшевики – 15, народные социалисты – 2, кадеты – 17, независимые – 1, от национальных групп – 86.
Троцкий вспоминал:
«В первые же дни, если не часы, после переворота Ленин поставил вопрос об Учредительном собрании:
– Надо отсрочить выборы… Надо дать возможность обновить избирательные списки. Наши собственные списки никуда не годятся: множество случайной интеллигенции, а нам нужны рабочие и крестьяне. Корниловцев, кадетов надо объявить вне закона.
– Неудобно сейчас отсрочивать. Это будет понято как ликвидация Учредительного собрания, тем более что мы сами обвиняли Временное правительство в оттягивании Учредительного собрания.
– Пустяки! Почему неудобно отсрочивать? А если Учредительное собрание окажется кадетско‐меньшевистско‐эсеровским, это будет удобно?
Долгое время по вопросу об Учредительном собрании Ленин оставался в одиночестве. Он недовольно поматывал головой и повторял:
– Ошибка, явная ошибка, которая может нам дорого обойтись! Как бы эта ошибка не стоила революции головы…»[280]
Взвешивая все «за» и «против», Ленин однозначно стоял за «разгон» Учредительного собрания. Его только немного смущало, как к этому отнесутся их попутчики – левые эсеры. После обсуждения вопроса с большевиками в узком кругу левые эсеры согласились на «разгон» Собрания. Но Ленин не успокаивался:
– Ошибка явная: власть уже завоевана нами, а мы вынуждены принимать военные меры, чтобы завоевать ее снова[281].
«Военные меры», в частности, выразились в том, что Ленин распорядился о переброске в Петроград одного из самых верных латышских полков. В случае «непокорности» Учредительного собрания предполагалось применить силу. Так же, как сила была применена, чтобы сорвать или признать выборы недействительными по вине якобы меньшевиков и кадетов. Дело было так.
