Наконец, хочу сказать о кремлевской квартире Ленина, в прошлом интереснейшем музее Кремля, ликвидированном при Борисе Ельцине иванами, не помнящими родства. Ее ремонтировали почти два месяца. Новоселье Ильич справил накануне праздника 1 Мая. И прожил тут до мая 1923 года. До него здесь жил, как я сказал, в казенной квартире прокурор судебной палаты. При осмотре будущего жилища квартира понравилась. Тогда в ней обитали сторожа, и в комнатах царила, по словам Надежды Константиновны, «особенная грязь». В мемуарах она лаконично сообщает, что «планировали нам дать кухню и три комнаты».
Дали поначалу пять. У Владимира Ильича, его жены и незамужней сестры, Марии Ильиничны, были комнаты, служившие и спальней, и кабинетом. Еще одна комната — столовая. В пятой поселилась домашняя работница. В одном из старых путеводителей указывается, что площадь комнаты Ильича была 14 квадратных метров. В ней стояла кровать, застеленная пледом. Письменный стол у окна, выходившего окнами на Арсенал, рядом со столом — двухстворчатый шкаф с застекленными дверцами.
Примерно такая обстановка и в других комнатах. В столовой у двери поставили буфет с зеркалом, напольные часы, большой овальный стол, шесть стульев хорошего дерева, маленький пристенный стол… На стене — зеркало.
«Ленин и его семья считали для себя законом жить так, как жили в те трудные годы все трудящиеся. Необычайная скромность их жизни чувствовалась всегда и во всем».
Да, Ленин жил для своего высочайшего положения первого лица в государстве действительно очень скромно. Это так. Но неправда утверждать, как это делали все без исключения авторы справочников, описывающих квартиру в Кремле, что жил он, как «все трудящиеся». Кроме упомянутых пяти комнат была шестая. В ней находились шкафы с книгами личной библиотеки Ленина. Библиотеки его жены и сестры занимали шкафы в просторной прихожей, на полках насчитывалось двадцать тысяч книг.
К этим шести комнатам прибавилась «докторская», седьмая, просторная комната, где после покушения на вождя летом 1918 года располагались доктора. По выздоровлении и она вошла в квартиру. Ее называли «комнатой Дмитрия Ильича», поскольку в ней останавливался младший брат, приезжая в Москву. По сути, это гостиная, где главное место занимал рояль.
Наконец, появилась восьмая, самая большая жилая площадь в несколько десятков метров, дощатая веранда, пристроенная к квартире.
Кто в советской Москве 1918 года мог себе позволить жить в такой квартире? В принципе, до революции в семи-восьми комнатах квартир проживали профессора, адвокаты, архитекторы, инженеры, чиновники, не имевшие собственных особняков и домов в Москве. Но после революции им пришлось уплотниться. Коммуналки ведут свое происхождение от тех просторных национализированных квартир. Вместо коммунизма Москва получила коммуналки. По воле «кремлевского мечтателя», поселившегося в бывшей квартире прокурора.
Взяв власть «всерьез и надолго», Ленин начал обживать Кремль. Новое местожительство ему нравилось. В треугольнике крепостных стен, с южной стороны под крутым Боровицким холмом, рос тенистый парк. С восточной стороны раскинулся Александровский сад. Нашел Ильич еще одно место, удобное для прогулок.
«Ильичу нравилось, — пишет Надежда Константиновна, — гулять по Кремлю, откуда открывался широкий вид на город. Больше всего любил он ходить по тротуару напротив Большого дворца, здесь было глазу где погулять, а потом любил ходить внизу вдоль стены, где была зелень и мало народу».
Переехав в Кремль, новый жилец решил основательно узнать, что в нем находится. Он поинтересовался литературой, и ему принесли два тома капитального исследования, вышедшего к трехсотлетию дома Романовых, под названием «Московский Кремль в старину и теперь». В нем много замечательных снимков, рисунков, планов, детально описывались стены и башни, дворцы, храмы и монастыри.
Вначале вместе с командующим войсками Московского военного округа и заместителем наркома имуществ, ведавшими всеми сооружениями, обошел здания Кремля. После чего сюда пришли солдаты и убрали мусор, начался ремонт разрушенных артиллерийским огнем строений. Затем в мае вместе с комендантом и управделами три часа ходил по уже известному маршруту, требовал, чтобы ускорили и усилили вялотекущий ремонт. Бонч-Бруевич пишет, что, изучив книгу Бартенева и сделав свои пометки, Владимир Ильич совершил продолжительную прогулку по Кремлю; в течение трех дней осматривал здания, дворцы, Грановитую палату, боярские терема и, наконец, дважды прошел по стенам Кремля, подходя к каждой башне и интересуясь ее состоянием. По всей видимости, «три часа» спустя годы трансформировались у мемуариста в «три дня», вряд ли у Ленина нашлось бы время, чтобы дважды пройти по стенам и башням — это путь, длиной (без малого) равный двум с половиной километрам, при этом сквозного пути нет, нужно подниматься и опускаться со стен, чтобы обойти Кремль по периметру. Ильич прогулялся по широкой стене, над которой тянутся знаменитые зубцы.
