С дороги показалось, что у виллы съехала крыша – снег зацепился только на северном скате. Владелец Агрохолдинга выскочил из-за позднего завтрака полуодетый: лично встретить высокого гостя. Это через неделю-другую, когда Президент подпишет рапорт Чудова и определится с кандидатурой нового Главного Гэбиста, мыши перестанут бояться нынешнего кота. Пока опасаются.
– Добрый день, – поздоровался Игорь. – Уделите несколько минут?
– С превеликим удовольствием.
Разговор о китайском бизнес-проекте был краток – слишком глубоко собеседники знали тему. В конце Кораблев сиял как, новенькая монета, номинированная сразу в долларах, юанях и рублях. Чудов опустил взгляд на часы: до предсказанного «АБЦ» появления следующего персонажа осталось время на чашку кофе итальянской прожарки и комплимент на сей счет.
–
– Точно,
– Ты бы шла к себе, милая. Сейчас товарищ Дю подъедет, – встрял Кораблев.
– Неужели? – «удивился» Игорь. – Что ж, дождусь, а то неловко получится.
ГлавБольшевик испускал «лучи смерти», очевидно, дела партийные в энный раз испортили настроение. «Кофеи гоняете!» – громко наехал, едва войдя в холл. Хозяин виллы поспешил – шепотом – ввести его в курс событий, и в гостиную вошел человек, в помятом костюме, но с отглаженной улыбкой. Широко расставленными ногами переступал столь осторожно, будто крался или боялся вляпаться в какашки на наборном паркете из твердых пород тропического леса.
– Мне моего чаю, – по-ресторанному заказал и пояснил для Гэбиста. – Имбирный японский успокаивает, мягонько, словно мама по голове гладит.
– Нервы нынче надо бы поберечь, – покачал головой Игорь. – бардак у вас в партии. Никакого единства в верхнем эшелоне: чистки, разборки, обвинения, контробвинения, склоки и прочая муть. Не успели сформировать фракцию в парламенте, а уже перегрызлись. Нашу службу завалили доносами и наветами.
– То сложности переходного периода, товарищ Чудов, особенности момента.
– А по мне, двоевластие у вас, раскол намечается. Вы, типа, ведаете только оргвопросами теперь, а остальное – вотчина Ульянова.
– Появление Владимира Ильича помогло нам мобилизовать массы, но принесло и сложности, – аккуратно выбирал слова Дюбенин, пытаясь уловить нюансы в высказываниях мужчины, угрожающе бесцельно заехавшего на чашечку кофе и теперь медленно-лениво вращавшего ее в сильных руках. – Сложности усилились после покушения на вождя. Что с расследованием?
– Идет. Злоумышленница оказалась из монархистской среды. С заметными психическими отклонениями. Её муж как две капли воды похож на Николая II – борода, усы, атрибутика. Умер недавно. Вот и удумала стрелять в Ленина, которого считала виновным не только в убийстве царя, но и смерти супруга. Эмоционально-неустойчивое расстройство психики. Действовала в одиночку, пистолет переделал в боевой её муж-умелец, работавший на том же заводе им. Михельсона.
– А вас не тревожит, что не удалось найти соучастников?
– Нет. Их не существует. Меня настораживает совсем другое: в сети нашлись сотни тысяч людей, поддержавших поступок сумасшедшей. Лавинообразно появляются группы и сообщества антибольшевистского толка, точнее антиленинского. Ведь Ильич ассоциируется с вашей партией, а партийцы на него молятся.
– Не все, – тихо произнес Дюбенин, – хотя его влияние велико.
– Не пора ли определиться, кто в партии лидер? – вбросил шайбу Чудов. – Раньше в Кремле полагали, что вы руководите большевиками.
– Так и есть: ЦК меня избрал председателем. Ленин – почетный основатель большевизма.
– Значит, на вас лежит ответственность за наведение порядка и прекращение столкновений на идеологической основе. Как, кстати, здоровье господина Ульянова?
– Не слишком хорошо, – ГлавБольшевик начинал улавливать скрытую повестку. – Есть физиологические последствия ранения, но врачей больше беспокоит нестабильность его психического состояния.
– Еще бы, человек пережил два покушения, страшную болезнь мозга и собственную смерть. Надо бы поберечь Вождя, дать ему отдохнуть, отвлечься от напряженной работы.
– Правильная мысль, товарищ Чудов, – Дюбенин ухватил нить странного разговора. – Китайские соратники предлагают всерьез подлечить Владимира Ильича, устроить ему триумфальное турне по Китаю и миру.
