Толстый охотник: Мне кажется, наш план не сработал.
Тощий охотник: Отступление в полном порядке и без потерь, это тоже успех. Бежим!
Охотники убегают. Из домика появляется Волк, сплевывает застрявший в зубах кусок красной шапки. У Волка морда с черной челкой и черными усиками.
Волк: Кто тут мне спать мешает? Зиг хайль!
(в версии, одобренной германским оккупационным командованием, после на сцене появлялся Медведь, в шапке-буденновке с красной звездой. Разрывал Волка пополам, вытряхивая из его брюха Бабушку и Красную Шапочку, еще живых - и тут же съедал их сам. Как правило, актерами перед публикой не игралось, и в комиксы не входило).
А Европа оказывается, не так велика, если ее танковыми гусеницами измерять. Вот он, Одер, течет в низине, на север-северо-запад. Как от Вислы рванули, дошли за полторы недели - правда, здесь, в верхнем течении, он сильно вглубь Польши забирает. Но форсируем его - и по карте, за ним уже собственно Германия.
Сопротивления за Вислой мы, считай, и не встречали - с тех пор, как вырвались на оперативный простор. Тех, кто воевал давно, это настораживало - кто помнил, как наше наступление от Сталинграда кончилось битвой с "тиграми" на поле под Прохорово, и из всего полка на ходу пять машин осталось. А ведь так же было, что кидали немцы нам на съедение всякую шваль, вооруженную чем попало. Так и сейчас - с "гребенками" уже несколько боев было. Что это - ну представьте штук шесть, восемь, десять, двенадцать фаустпатронов, только больших, одному человеку не поднять, да нацепить все вместе на что угодно, лишь бы ездило - легкий танк со снятой башней, бронетранспортер, броневик, или даже обычную полуторку, вездеход-"кюбель", говорят что даже на мотоциклах бывают, два ствола в коляске, но я такого еще не видел. Бьют залпами, так что могут быть опасны, кума такого калибра и нашу броню пробьет, в отличие от "восемь-восемь". Но вот с меткостью у них не то что плохо, а очень плохо, рассеяние большое, так что даже если им удается дать залп первыми... очень редко бывает, что влепят одному-двум нашим, зато после мы устраиваем им даже не бой а бойню, броня у "гребенок" совсем никакая, и стволы пустые, а перезарядиться, кто же им даст?
Нет, по уму немцы могли и на жестянках устроить нам кучу проблем. Тщательнее готовить позиции, заранее рассчитав пути отхода, лучше маскироваться и стрелять внезапно, совсем уж вблизи. Причем стрелять не всем сразу, а часть машин придерживать для прикрытия, а лучше придавать для этого хотя бы взвод "пантер". Мы бы все равно прошли - но потери у нас тогда были бы ощутимые. Так чтобы такое устроить, опыт нужен и подготовка - а у немчуры, в последний раз поймали наши нескольких из их экипажей, так щеглы совсем, у меня на гражданке такие еще за партами сидели. И за рычагами всего ничего - сказали им, "пока до фронта доедете, научитесь". Против наших гвардейцев- танкистов это даже не мясо, а просто слов нет!
У нас уже кое-кто, особенно из пополнения, язык распустил, что у Гитлера вовсе солдат не осталось. Но слишком бы это было хорошо, так что предположим, что опытные и умелые у фрицев еще есть, и где-то прячутся, чтобы ударить, выбрав момент. Так что, не расслабляемся. До Победы уже недалеко, и хочется домой живым вернуться. Когда нашему полку гвардейское знамя вручали, спросил у меня генерал, куда я после войны, и предлагал в кадрах остаться. А мне охота снова учителем в свой Кирсанов, лермонтовские места.
Самоходы в атаке второй линией идут - с нашим калибром, хорошо самых опасных зверей издали выбивать, а при неудаче наших прикрыть. Один раз и такое было, когда мы во фрицевской обороне увязли, и тут они в контратаку перешли, "тигров" выползло с десяток, и прочей швали больше раза в три. Но снаряд в сто двадцать два миллиметра, это очень убойная вещь, а два десятка таких стволов, это страшно - только три "тигра" назад убраться успели, а легкие "тройки" и бронетранспортеры остались горелым железом все. Но все равно, тот бой вышел вроде как ничья, поскольку немецкую оборону мы все же не прорвали.
