И первый удар в этом поединке уже был нанесен. Изначально эта операция задумывалась не более чем помощь наступающей армии, высадке десанта у Лиссабона. Переход был коротким, от Уэльвы на самом юго-западе Испании - парашютистов, должных в этой битве исполнять роль морской пехоты, приняли на борт не только транспорты и быстроходные десантные баржи, но и тральщики, эсминцы, и даже крейсера. Как в Малайе, подумал Танабэ, где даже крейсера перевозили и высаживали десант, причем одни и те же подразделения несколько раз подряд, и на необорудованный берег. И янки не сумели помешать - впрочем, их наличные силы флота в Португалии были откровенно слабы, включая лишь противолодочные корветы, тральщики, катера, несколько старых эсминцев, этого было явно недостаточно, чтобы противостоять объединенной армаде, включающей в себя только линкоров целых семь. Малые канонерки, артиллерийские катера, ночью пытались атаковать отряд десантных барж, но были отбиты с потерями, один лишь миноносец Т-23 доложил о двух потопленных катерах. А самолетов в воздухе не было, кроме четверок "мессершмиттов" из Уэльвы, периодически сменяющихся на первом отрезке пути - после мыса Сан-Винсент их сменили "охотники" Ме-410.
Десант был высажен без потерь. Янки ждали удар с запада, по Лиссабону - а эскадра вошла в залив Сатубаз, южнее, при этом Лиссабон оказывался защищенным от вторжения заливом и долиной реки Тежу, стратегически этот ход казался бесплодным, но не в данной конкретной обстановке. Танки Роммеля рвались с востока, бои шли уже у Монтемор-у-Нову, до Лиссабона оставалось чуть больше полусотни километров по относительно ровной местности - и выделить еще пару дивизий, чтобы надежно запечатать плацдарм, янки не могли. Сила американцев была в огневой мощи, в шквальном огне артиллерии и ударах с воздуха - оборотной же стороной этого был колоссальный расход боеприпасов, которых уже стало не хватать, а их авиация в Португалии была уже большей частью перемолота и испытывала нехватку бензина. Но мнимая защищенность Лиссабона оставляла американцам надежду переломить все - если дойдет и разгрузится конвой. Большой конвой, идущий из Англии на юг, был обнаружен еще три дня назад, пятнадцатого числа. Самолет-разведчик был сбит истребителями, но успел передать радиограмму. Существовала вероятность, что конвой идет не в Португалию, а в Индийский океан, но не настолько же глупы гайдзины, чтобы не отреагировать на явную угрозу потери Португалии и всех своих войск там? По предполагаемому курсу конвоя были посланы еще разведчики, два из них исчезли, не успев ничего сообщить - но это молчание тоже могло сказать многое, если знать предписанный разведчику район поиска и контрольное время выхода на связь. Пока было похоже, что конвой идет мористее, не приближаясь к берегу - но и он сам, Танабэ, на месте их адмирала спланировал бы так же, резко повернуть уже на широте Лиссабона. И Тиле казалось, был даже рад, получив это известие еще на берегу, до выхода эскадры. Впрочем, Мори уже знал, что этот адмирал-"берсерк", как называли в Европе тех, кто умеет достигать сатори, взял себе обет убить сто тысяч гайдзинов-янки - наверное, они очень сильно оскорбили его честь?
Однако же долг самурая не бросаться в битву очертя голову! Погибнуть со славой, это честь - но погибнуть, убив еще больше врагов, честь много большая. Было известно, что в Англии находятся три американских тяжелых авианосца, а в охране конвоя разведчик заметил только один, и легкий, где остальные? Что они стоят на якорях, когда идет решающая битва, верилось слабо, значит? Один раз янки уже сделали это, у острова Мидуэй!
Тиле, которому Танабэ поспешил высказать свое мнение, отнесся предельно серьезно. Не было причин отменять уже утвержденную операцию - но разведчики искали врага, а кто предупрежден, тот вооружен! И он, Мори Танабэ, лично показывал на карте квадраты моря, где могли бы быть американцы вероятнее всего - используя все свои знания и опыт. И вот, только что пришло известие: враг обнаружен. Высотный разведчик Ю-86 с двенадцати километров нашел и сфотографировал ордер американского ударного соединения, триста миль на запад-северо-запад отсюда!
Никто в немецком штабе не знал про последний успех U-123. Как и про гибель U-220 и U-233, из прикрывающей завесы лодок, обнаруженных и потопленных охранением эскадры - не сумевших атаковать и не успевших ничего передать - а также про британскую лодку "Си Ровер", имеющую несчастье оказаться в опасной близости. Американцы, зная про "море, кишащее смертоносными немецкими субмаринами", бомбили все, что засекала акустика. Поврежденная "Си Ровер" сумела все же всплыть и была уже на поверхности расстреляна эсминцем "Эрбен", в вахтенном журнале которого затем появилась запись: "потоплена немецкая подводная лодка, четверо спасенных отчего-то говорят по-британски". Командир "Эрбена" после не подвергся никакому взысканию - на протесты англичан было заявлено, что в сумерках нельзя было различить британский флаг.
