Я знал о программе, которыя позже стала известна всему миру под именем "проект Манхеттен". В ноябре 1943 он казался весьма далеким от завершения - неясно было, удастся ли сделать Бомбу вообще? А если удастся - то какова будет ее мощность? Стоимость? Масса и габариты? После неудачных экспериментов, и огромных затрат без видимого результата, даже у некоторых участников программы исчезала вера в успех - но отец всегда относился с огромным уважением к науке и техническому прогрессу, видя в них инструмент решения многих насущных задач.
- Если бы удалось сделать Бомбу, как обещали, мощностью в тысячи тонн тротила! Тогда, имея несколько эскадрилий бомбардировщиков, можно поставить на колени любую страну, заставить принять наши условия, а если нет, то принудить капитулировать в первый же день, без ужасов мясорубки Вердена или Сталинграда! И это превосходство чрезвычайно легко удерживать - просто объявив, что любой кто ведет работы по созданию этого бесчеловечного оружия, это враг человеческой цивилизации, готовящий новую мировую войну - а значит Америка не потерпит, и в случае непринятия нашего ультиматума, немедленно нанесет удар! Если мы получим Бомбу, то не будут нужны армии - достаточно иметь несколько эскадрилий в ключевых точках земного шара, чтобы при необходимости достать до любых координат! И полагаю, что тогда любой недовольный трижды подумает выступить против - с риском за это без всякого предупреждения получить Бомбу на один из своих городов! Я надеюсь, что умники сдержат обещание, дать результат хотя бы к сорок шестому!
Мы не знали тогда, что уже выпустили из бутылки джинна. Если верить русским, которые позже всегда будут твердить, что их атомная программа была ответом на наш "Манхеттен". Я часто спрашиваю себя, что было бы если отец узнал? Можно ли было избежать атомного противостояния, если убедить русских, что наше оружие не направлено против них? Знаю, что у отца были мысли относительно британцев, влившим в наш "Манхеттен" свою программу "Тьюб Эллой" - создать что-то вроде Объединенных миротворческих сил, кто единственно и будет распоряжаться этим ужасным оружием - с сохранением производства Бомб единственно в Америке, но с включением нескольких британских высших офицеров в состав штаба этих сил. Может быть, и можно было как-то договориться, скооперироваться с русскими, развеять их непонятное и фанатичное убеждение, что мы делали Бомбу исключительно против них. Но теперь бессмысленно рассуждать, могло ли быть иначе!
- Я не думаю, что будет много недовольных - сказал отец - мы же не собираемся никого грабить и убивать, для обывателя любой страны наш новый мир будет весьма комфортен. Ведь "хлеба и зрелищ" куда легче и приятнее, чем куда-то стремиться? А герои всегда в меньшинстве перед толпой. Вот зачем нужна демократия - толпой управлять гораздо легче. После ужасов этой войны, вряд ли европейцы и русские захотят великих свершений - если мы предложим им помощь, с условием, не затрагивающим интерес обывателя, а напротив, ему выгодным? Например, отменить воинскую повинность - да и вообще, отказаться от армии, кроме сугубо полицейских сил, доверив нам поддержание мирового порядка? Передать нам свою промышленность, свои финансы, свою науку - если мы сохраним рабочие места? Доверить нам место за штурвалом, самим взяв роль пассажиров - ведь так гораздо спокойнее, чем быть ответственными за что-то? Надеюсь, нам удастся превратить всех этих французов, германцев, русских, индусов в единую массу, электорат - наш электорат. И без всякого насилия с нашей стороны, и сопротивления с их - усмирять недовольное население, это не только дорого стоит, но и лишает нас рынка, "бунтовщики не покупают наш товар".
Я представил, и мне стало страшно. Мир сытых, довольных, ни к чему не стремящихся, и ни о чем не беспокоящихся... поросят, а не людей!
- Ты не понял! - сказал отец - в новом мире будут и ученые, и инженеры, и солдаты - и просто, беспокойные, с огнем в душе, кто хочет нового. Но это будут
Я спросил отца - так мы собираемся указать Сталину на его место? Или переговоры будут пока еще дружескими?
