<p>Игорь Вишневецкий</p><p>Ленинград</p>Светлой памяти отца моего
«Ленинград» переполнен цитатами —
прямыми и видоизменёнными, —
повествующими о реально
или в воображении
произошедших событиях.
Я лишь расположил их
в определённом порядке.
Игорь Вишневецкий Осень 2009<p>Часть первая</p><p>Осень</p><p>Глава 1</p><p>Дифирамб</p>IДневник Глеба Альфы:Ходил смотреть на обложенного мешками с пескоми зашитого в доски истукана.Теперь он,охранитель и преобразователь наших злосчастных болот,увенчанный триумфаторским лавром,выкативший глаза на тяжёлый поток,на мост и на зданье коллегий — да-да, его имени! —на ночные сияния скандинавского заполярья,на чуть подсвеченные, поздним негаснущим вечером,а сейчас ярко вычерченные облака,напоминает сфинкса,всё более увязающего в материальном времени.Змея не видно:тот, наверное, шипит, придавлен копытом, внутри.Тело коня под мешками, скреплёнными досками.И даже уже головы лавроносного всадника не разглядеть.Наверху этой высящейся на валунеафро-азиатской конструкции —полагаю, Никандр улыбнулся бы —копошатся несколько, в чёрных тужурках, рабочихи виден подъёмник —рычаг со скрипучим тросом.Говорят, что теперь незаметнее с воздуха,что отбрасывает не резкую,конскую с долгим хвостом и со всадником, тень,а нечто совсем неясное.Можно сказать, без тени.Словом, покровитель нашего города,давший ему имя,перемещается вслед за именемв область фантомов,в которой скоро окажемся все мы,подымаясь в разреженный,золотой, военный воздух.Оттуда всё незаметнеетени того, что внизу.Мне кажется, во мне погибаетслагатель каких-нибудь новых —уже «Ленинградских» — песен.9 сентября 1941.
Второй день смерть летит с того самогозолотого и чистого воздуха.Вчера подожгли товарную станцию и складыим. А. Е. Бадаева(это точно предательство: били с ясным прицелом,по наводке пускавших в воздух сигналамиу самых складовракетчиков). Когда солнце зашло,стали сбрасывать зажигалки. Леденящая красота:огнецветное зарево, сахар, плывущий по улицам,запах сгоревшей муки.Говорят ещё: в Зоосадуукокошило разом слона и мартышек.Слон, если верить рассказам, столетний(что сомнительно):значит, видел и Пушкина.Если так — вот последняя связьс тем блистательным миром,тень которого нынче таитсяпод маскировкой. Ибо ярости Индры«уступают две половины вселенной, и сама земля сотрясается отбуйства твоего, о хозяин давильных камней».15 сентября.
