— Алло?! Герд, у меня для тебя приятная новость!
— Слушаю, Эрнст!
Только что пришло донесение: Физик вышел на Племянника! В контакт пока не вступил, наблюдает…
— О, майн готт! Чего он тянет! Но я рад, рад, Эрнст, спасибо! Значит, как мы и предполагали, Племянник не забыл уроки «Айзсарги», сообщил свои координаты через почтовый ящик.
— Да, Герд. Физик видел, как Племянник входил в проходную радиозавода.
— Отлично!.. Но почему Физик медлит? Черт побери, я всегда говорил, что он слизняк.
— Ты прав, он опасается вступать в контакт, боится провала…
— Что-о?! Племянник на подозрении? Или есть основания не верить ему? Эрнст?!
— Успокойся, Герд, все проще. Племянник, как считает Физик, — мелкий спекулянт и воришка. Физик думает, что рано или поздно он попадется на этом.
— Тем более, в таком случае надо действовать решительно! Нам, милейший Эрнст, нельзя терять ни минуты. Физик должен завербовать Племянника и приступить к операции. Понятно?
— Яволь, шеф, будет исполнено!..
Мухин мерз у забора хлебозавода. «Придет же он наконец, курва! — выругался он про себя. — Вторую ночь дубею на морозе. Ну, держись, племянничек, уж я за все ласки твоего дядечки с тобой рассчитаюсь! Прибежишь, сволочь, никуда не денешься. Желудок запоет — прибежишь…»
Мухин ждал Заманского. Он давно следил за тем, только не знал, почему тот сутками торчит на радиозаводе. Но когда Заманский выскакивал из проходной, то шнырял по одним и тем же улицам: днем шел на рынок, где среди спекулянтов он был, видно, своим человеком, ночью — к пекарне, где подстерегал со специальным крюком машины или подводы с хлебом. Наловчился, подлец, хоть буханку, но украдет. Но в последнее время и Племяннику пришлось потуже затягивать ремень. Мухин услышал случайно, как он жаловался своему дружку по рыночным махинациям: мол, то ли дело, когда баранку крутил, сам себе хозяином был. А теперь каждая отлучка из части опасна.
После этого Мухин решил не связываться с Племянником, еще чего доброго, задержат его милиционеры вместе с Заманским. Проинформировал «хозяина» радиограммой в Цесис. В ответ приказ: немедленно завербовать Племянника!
Похоже, тень шмыгнула от забора. Мухин вгляделся. «Ага-а, явился, субчик, не запылился. Сейчас и поговорю с тобой, «птычка», — он сунул руку в карман полушубка, нащупывая рукоятку «вальтера».
Из загона хлебозавода, фыркая белым дымом, выполз ЗИС. Повернул налево, в сторону Мухина. К нему тут же метнулся отделившийся от забора человек. Неуклюжий на вид, он прытко подпрыгнул, взмахнул рукой и тут же присел на корточки. Мухин, не мешкая, в два прыжка оказался перед ним, наступил валенком на прут, на который была нанизана буханка, чернеющая на снегу.
— Попался, подлец! — прохрипел Мухин. — Кто таков? Откуда? Признавайся!
Заманский вскочил, кинулся на Мухина, но тот нанес хлесткий удар ребром ладони по горлу Племянника, который словно подкошенный упал. В желтом свете луны блеснул пистолет.
— Пристрелю на месте! — грозно рявкнул Мухин.
— Нет! Подождите, — залепетал со стоном Заманский. — Не губите!
— То-то же, сука! — удовлетворенно процедил Мухин и спрятал оружие. — Выкладывай, кто таков? Не то живо в милицию сдам!
Заманский выпалил:
— Я из секретного радиобатальона. На радиозаводе счас роблю в команде.
— Что там делаете?
— Яку-то станцию варганим.
— Радиостанцию?
— Угу-у, только антенна як деревяка, шоб лучше самолеты бачить…
— Так ты специалист?
— Нет, мое дело шо-то кому поднести, подать, подержать, костер запалить…
Мухин вытащил коробку «Северной пальмиры»:
— Закуривай, небось забыл запах махорки, если даже со жратвой в вашей секретной части туго. Ишь, воровать приловчился! Давно я за тобой смотрю. — Показал на крюк: — Удивляюсь, как ты еще не влип. Рынок с сегодняшнего дня забудь. Ноги чтоб там твоей больше не было. Это мой приказ, понял? Впредь зови меня Физиком. Будем знакомы, Племянник.
