— Ты выглядишь сногсшибательно, Крис, — сказала я, одаривая его нежной улыбкой. — Я не стесняюсь говорить комплименты, когда они заслуженные. Ты такой же красивый, как папа.
Каждый раз, когда он приезжал домой из школы, он выглядел еще красивее и еще взрослее. Хотя, если присмотреться внимательнее, я замечала, что от умудренности у него появляется странное выражение глаз, и он начинает выглядеть гораздо старше меня. Еще он казался грустнее, уязвимее меня, и это сочетание было особенно притягательным.
— Почему ты несчастлив, Крис? — спросила я. — Разве жизнь разочаровывает тебя? Разве это меньше, чем ты себе представлял, когда мы были заперты и только мечтали о будущем? Ты жалеешь, что решил стать врачом? Может, ты хочешь танцевать, как я?
Я подошла поближе и заглянула в его так много говорящие глаза, но он опустил их, и его руки потянулись, чтобы обхватить мою талию, но моя талия была недостаточно узка или его руки недостаточно велики. А может он просто хотел до меня дотронуться? Превращая в игру то, что было всерьез. Может так? Я заглянула ему в глаза и увидела любовь, в которой так нуждалась, а потом захотела одного — не знать об этом.
— Крис, ты не ответил.
— О чем ты спрашивала?
— Жизнь, занятия медициной, это оправдывает твои ожидания?
— А что оправдывает?
— Звучит цинично. В моем духе, не в твоем. Он вскинул голову и светло улыбнулся. О, Боже!
— Да, — сказал он, — жизнь снаружи оказалась тем, чего я и ждал. В отличии от тебя я был реалистичен. Мне нравится школа, нравятся мои друзья. Но я по-прежнему скучаю по тебе, мне трудно без тебя, я все время пытаюсь представить, что у тебя сейчас на уме.
Он опять отвел взгляд и помрачнел, устремившись мыслями к невозможному.
— С днем рождения, леди Кэтрин, — нежно произнес он и коснулся своими губами моих. Просто легкий невесомый поцелуй, не требующий большего.
— Пойдем, — решительно сказал он, беря меня за руку. — Все готовы, кроме прекрасной капризной принцессы.
Мы спустились с лестницы рука об руку. Пол и Кэрри уже ждали нас, Хенни тоже была там. Дом казался таким незнакомым, притихшим и выжидающим, таким таинственно темным, с выключенным везде, кроме холла, светом. Как странно!
Вдруг из темноты раздался хор голосов: «Сюр-приз! Сюр-приз», зажглись все огни, и нас с Крисом окружили все ученики моего балетного класса.
Хенни внесла трехслойный именинный торт, причем каждый слой был меньше предыдущего, и гордо сказала, что она испекла и украсила его сама. «Пусть мне всегда сопутствует успех!», — загадала я с закрытыми глазами желание, задувая свечи. «Я догоняю тебя, мама, взрослею и умнею с каждым днем, скоро придет день, и я стану достойным противником!»
Я дула так сильно, что мягкий розовый воск попал прямо на розовые сахарные розочки, разложенные по бледно-зеленым кремовым листьям. Напротив меня стоял Джулиан. Взгляд его черных глаз жег меня насквозь, и в них читался вопрос, который он повторял снова и снова.
Я пыталась встретиться взглядом с Крисом, но он или отводил их в сторону, или опускал в пол. Кэрри держалась поближе к Полу, который сидел поодаль и старался не выглядеть суровым. Как только я распаковала все подарки, Пол поднялся, подхватил Кэрри на руки и ушел наверх.
— Спокойной ночи, Кэти, — крикнула Кэрри. Ее сонное личико светилось счастьем. — Это лучший день рождения, который я видела.
Мне стало так больно, что я чуть не заплакала, ведь ей было почти девять лет, и все дни рождения, которые она видела, кроме дня рождения Криса в прошлом ноябре, были жалкими попытками сделать из ничего хоть что-нибудь.
— Почему ты такая грустная? — спросил Джулиан, который подошел и обнял меня за плечи. — Радуйся, я у твоих ног и готов разжечь огонь в твоем сердце и в твоем теле.
По правде говоря, я терпеть не могла, когда он так себя вел. Он всячески старался показать, что я принадлежу ему и только ему. Он подарил мне кожаную сумочку для гамаш, балетных туфель и тому подобного. Я от него ускользнула, мне не хотелось, чтобы кто-нибудь заявлял сегодня на меня свои права. Все девушки, которые еще не были влюблены в Джулиана, немедленно подпали под обояние Криса, и это никак не располагало Джулиана к нему. Я не знаю, что послужило поводом, но вдруг, как по свистку, Крис и Джулиан оказались в углу, споря о чем-то и уже готовые к драке.
— А мне плевать, что ты думаешь, — свирепел Крис, спокойный, как око бури. — Моя сестра слишком юна для любовника и для Нью-Йорка.
— Ты! Ты! — выпалил в ответ Джулиан. — Что ты знаешь о танцах? Да ничего! Ты даже ходить не умеешь, не наступая себе на ноги!
— Может, это и так, — отвечал Крис ледяным голосом, — но я умею что-то другое. А сейчас мы говорим о моей сестре и о том, что она еще несовершеннолетняя. Я бы не хотел, чтобы ты уговаривал ее ехать с тобой в Нью-Йорк, пока она даже не закончила школу.
