— Если бы он был только шпионом, я бы признал справедливость ваших суждений, — согласился Рейф, глядя прямо в глаза Варенну. — Но человек, которого вы так бездумно собираетесь подстрелить, — лорд Роберт Андревиль, брат маркиза Волвертона, одного из самых богатых людей Британии.
— Что?!
Варенн впился взглядом в потенциальную жертву.
— Это правда?
— Да, — признался Андерсон. — А это что-то меняет?
Мгновение, показавшееся пленникам вечностью, граф прикидывал, перевесит ли возможная прибыль риск, а затем, разрядив пистолет, убрал его в карман.
— Да, это меняет дело, — произнес он наконец. — Но если вы лжете, я расправлюсь с вами позднее.
— Это правда, — произнес Рейф. — Я учился в школе с его старшим братом.
Варенн с отсутствующим видом кивнул. Мысленно он был уже далеко.
После того как граф ушел в сопровождении своих верных оруженосцев, Рейф, брезгливо поежившись, подумал о том, как низко должен пасть человек, чтобы убивать с таким холодным расчетом. По всей видимости, его поместили в одну камеру со смертником не случайно. Сцена экзекуции могла бы полностью деморализовать Рейфа, и, черт побери, если бы свершилось то, что задумал граф, расчет оправдался бы полностью.
Когда звук шагов в коридоре смолк, Андерсон перевел дыхание, прислонился к скользкой стене и закрыл глаза.
— Похоже, я не искупил всех грехов, раз Господь оставил меня на земле, — неожиданно спокойно произнес Роберт, открыв через пару минут глаза. — Впрочем, своим спасением я обязан вам, Кэндовер. Я перед вами в долгу. Как давно вы догадались о том, кто я? Мы с братом не слишком похожи.
— Меня осенило тогда, когда Варенн взвел курок. Чувствуя предательскую дрожь в коленях, Рейф опустился на солому.
— Выражение вашего лица было точно таким, как у Джайлса после смерти жены. И если бы я даже ошибся, предположение стоило того, чтобы выдать его за правду.
— Рад, что вы догадались быстрее, чем я, — с чувством сказал Андерсон, или, правильнее, Андревиль. — Мне и в голову не пришло, что мое происхождение может сослужить такую службу.
— Варенн сказал, что намерен удерживать меня, чтобы в случае провала получить выкуп за мою жизнь. Он также милостиво разрешил выкупить и Марго.
Рейф внимательно смотрел на товарища по несчастью. Теперь, когда он знал, кто скрывается под именем Андерсона, легко было заметить едва уловимые черты семейного сходства.
— Я знал Джайлса по Итону, — продолжал Рейф. — Он учился на два класса старше, но мы тем не менее дружили. Потом Джайлс приезжал в Лондон, не так уж часто, но всякий раз мы старались встретиться, провести вместе вечер. Пару раз он упоминал своего непутевого младшего брата.
— Самая приятная тема для дружеского ужина, — сухо заметил Роберт.
— Не сказал бы, — усмехнулся Рейф. — Вы действительно сделали все, чтобы вас при первой возможности исключили из Итона?
— Да, — ответил Андревиль с грубоватой ухмылкой. — Я хотел учиться в Винчестере, но отец настоял на том, чтобы я пошел по фамильной стезе в Итон. Год выдался трудным для моего брата. Он, конечно же, не хотел, чтобы его честолюбивые планы рухнули из-за восьмилетнего шалопая. И все же я своего добился: после исключения из трех закрытых учебных заведений меня в конце концов отпустили туда, куда я рвался с самого начала.
— Что вас так тянуло в Винчестер?
— Там учился мой друг, но отец был против нашей дружбы. Уже одного желания поступить против воли отца было достаточно, чтобы я свернул горы. Кстати, должен заметить, брат едва ли захочет заплатить за меня выкуп. Он, принимая во внимание мое беспутное прошлое, скорее всего будет даже рад, если я исчезну бесследно, а вместе со мной — пятно позора на нашем семействе.
— Вы несправедливы к Джайлсу, — в раздумье произнес Рейф. — Но даже если у него возникнут какие-то трудности с выплатой требуемой суммы, я думаю, найдется тот, кто даст вам денег с удовольствием.
— Мой дядя, брат деда, — кивнул Роберт. — В каждом поколении рода Андревилей появлялась одна паршивая овца. Дядя Роуван и я — последние из семейного клана, именно поэтому нас так тянет друг к другу. Он может протянуть мне руку помощи, если, конечно, не промотался вдрызг. Хотя, будь я самым заурядным шпионом, едва ли смог бы заплатить выкуп. Эта профессия не из прибыльных.
Рейф безразлично пожал плечами.
— Если бы вы даже оказались простым шпионом, а не лордом, я не обеднел бы, урезав свое состояние на каких-нибудь двадцать — тридцать тысяч фунтов.
— Вы готовы пожертвовать огромной суммой ради того, кого едва знаете? — удивленно спросил Андревиль. — И кто вряд ли вам симпатичен?
Собеседник поднял весьма скользкую тему, но вопрос требовал ответа.
— Марго не понравилось бы, если бы вас убили, — хмуро сказал Кэндовер. — Кроме того, мы, как выяснилось, принадлежим одному братству, хотя вы и пренебрегли древними стенами Итона или Оксфорда.
— Как можно предпочесть эти чертовы дыры утехам Винчестера или Кембриджа?
Рейф не мог не рассмеяться.
— Полагаю, вы работали на лорда Стрэтмора. Как вы с ним познакомились?