— Да, — протянул ястреб в ответ. — Если мне не изменяет память, то вы здорово ладите с ядами. Вы не могли бы…
— Конечно, — и кошка протянула ему несколько игл со второго патронташа на ноге. — Яд паучий, отличный паралитик, — Лион принял иглы и, не дожидаясь, пока она заберет руку, подхватил ее за изящные пальчики и легко коснулся губами костяшек.
— Премного благодарен. Я рассчитываю на вас, принцесса Химари.
— А я на вас, генерал Лион, — ответила она, насмешливо глядя ему в глаза.
Он кивнул, и она в ту же секунду выскочила за окно. Львиные когти заклацали по каменной кладке и совсем слились с многочисленными звуками толпы.
Лион фыркнул и резко распахнул дверь.
— Я знаю, что ты уже здесь.
Раун стоял в коридоре, крепко стискивая в опущенной руке генеральский меч и поддерживая папки с бумагами.
— Так это вы — предатель!? — сквозь зубы прошипел ворон. — Я слышал весь ваш разговор. И я передам его императрице, — зло отчеканил он и бросился по коридору.
Лион успел схватить его за крыло. Дернул на себя и, подставив ногу, опрокинул ворона на пол.
— Тем проще, — ястреб подхватил бумаги и кинул на ковер в комнате, они явно были лишними. Да и времени до церемонии оставалось все меньше.
— А я все гадал, как может Алиса вертеть вами в угоду своей милой Люцифере. А все оказалась элементарно! — прошипел ворон, поднимаясь.
Лион молчал, оглядывая пространство вокруг. Все оружие, что когда-либо хранилось в комнате, он еще вчера безвозмездно передал в мастерские. Единственный и последний меч был на поясе секретаря, и он намерен был им воспользоваться, судя по тому, как сжимал рукоять. Оставались иглы Химари и собственные кулаки.
— Вы все спелись. Напрочь рехнулись со своей Люциферой! — Раун оперся клинком о пол и выпрямился. — Она чудовище. Всегда была такой и всегда будет. Она угробила все, что мы сделали. Просто похоронила, и ей ничего за это не будет.
Лион медленно отступал — дальше по коридору стояли императорские доспехи времен кошачьего правления. И их оружие. Раун шел на него.
— Она однажды спасла всех нас, да. Я учил это в Имагинем Деи. Но сейчас это она ввергла нас в новую войну. Край быков уничтожен, волков — разгромлен, змей — опустошен. А ты, Лион? Что сделал ты, чтобы ей помешать?! — насыщенно-желтые глаза ворона смотрели свирепо, яростно и абсолютно безнадежно. Он был разбит точно так же, как Лион. Сломлен, потерян, предан всеми и самим собой. — Ничего! Ничего ты не сделал!
Ястреб провертел в руках тонкие иглы. Чувство дежавю не покидало его. Те же черные иглы. Химарины ядовитые иглы. Ангел, вдруг понявший, что с ним происходит на самом деле. Но Раун не заслуживал смерти. Определенно, нет.
— И я даже знаю, чем все закончится. Добро победит зло! — язвительно каркнул ворон. — Я помню тот урок, что вела нам, неопытным птенчикам, маршал Люцифера. Она сказала это и уточнила — победитель всегда объявляет себя добром, а поверженного злом. Так и живем!
— И чего же ты хочешь? — Лион заметил, как Раун осторожно вынимает из ножен меч. Нападет, без всяких сомнений.
— Стать «добром»!
Клинок слизал несколько рыжих перьев — Лион успел присесть и, подхватив падающие ножны, отразить ими удар. Ангельская сталь запела, скользя по кристаллам.
Раун попытался ударить снова. И снова. И снова. Налетая и сбоку, и сверху, и снизу. Он пытался хотя бы задеть. Кажется, что-то кричал. Каркал озлобленно, остервенело.
Лион с усилием выбил клинок из его рук ударом ножен. И следом, пока ворон не успел опомниться, полоснул ядовитыми иглами его по горлу.
Яд подействовал не сразу, и Раун успел схватить Лиона за ворот и прижать к стене. И тут же сполз сам.
— Премного благодарен, принцесса Химари, — тяжело просипел Лион, поднимая к глазам пустые иглы. Раун у его ног был жив. Поистине большой глупостью была бы его смерть.
Ястреб огляделся — в коридоре не было больше никого, кроме них двоих. Тогда он взвалил ворона на плечо и, отнеся в свои покои, уложил на кровать.
— Ты слишком полезен для империи. Но слишком наивен и молод.
Ворон пошевелиться не мог, и только смотрел дикими желтыми глазами.
— Ты был бы лучше меня, будь ты на моем месте. Так ты думаешь? — невесело усмехнулся Лион. — Может быть, ты правильно думаешь. Но ты не на моем месте.
Хайме резко поднял голову и подал руку Еве, подзывая.
— Очень быстро забирайся мне на спину, поняла? — чуть слышно прошептал он, ловко подсаживая паучонка.
— Что-то случилась? — спросила она, словно очнувшись. Но Хайме уже бежал по туннелям, тревожно шевеля ушами.
— Да, спустили амфисбен, — под ногами кошачьи лапы ощущали едва уловимую вибрацию. Это мощные змеиные тела охотились в тоннелях под ангельским градом.
Ева вжалась в шею Хайме, теперь и она слышала нарастающий гул. Под ее руками гладкая кожа кота сменилась густым полосатым мехом. Огромный тигр уносил ее в темному, а она держалась изо всех сил, вцепившись в мягкий мех.
