— Не благодари, — чуть приподняла уголки губ и позволила Ривалю увести себя. На краю поляны обнаружились все остальные. Они заворожено наблюдали за кальпи. Сразу понятно, что и они такого гиганта никогда не видели. А Элбан так и вообще, чуть ли не слюной исходит, сглатывая каждые несколько секунд. Понимаю тебя, капитан, такой зверь, это как стоящая перед твоими глазами тачка за миллион долларов.
— А куда, собственно, вы направлялись? — спросила, потому что всё будто языки проглотили и продолжали молчать.
— Так, в Оллатар шли, — ответил Патриций. — К эльфам.
— Хм, — повернулась, видя, что кальпи даже не шелохнулся. — Что ж, тогда я с вами. В Оллатар, так в Оллатар. А вы, Олан?
— Не могу пропустить нечто интересное, — старик улыбнулся, не сводя глаз со зверя.
— Тогда решено, — кивнула. — Кстати, а Оллатар — это у нас что?
На мгновение мне показалось, что все дружно потеряли интерес к кальпи и уставились на меня с таким недоумением, что мне даже неловко как-то стало. Что я такого сказала, вообще?
— Откуда вы, о, тёмная? — хмыкнув, Ренольд вскинул вопросительно брови и отвернулся, но я успела заметить, что он бессовестно смеётся надо мной.
— Я не виновата, что в моей деревне никто об эльфах ничего не знал, а Эйнар первый эльф, которого я увидела в своей жизни. И у меня как бы не было особо времени узнать о них всё, что только можно. Так вы скажете или мне потом у Эйнара узнать?
Юмористы, в самом деле! И если они хотели меня устыдить, то у них ничего не вышло, так как стыдно не было ни капельки. Наверное, у этом мире Оллатар что-то вроде египетских пирамид, о которых в моём прошлом мире знают все, кому не лень. Думаю, я бы тоже удивилась, если бы у меня кто-нибудь спросил, что такое пирамиды.
— Оллатар — это их священный город. Он нечто большее, чем просто столица. Тёмные эльфы никого туда не пускают, — Олан как-то совсем уж по-старчески закряхтел. — Пытался я как-то попасть туда, но меня не пустили. А жаль, говорят, в центре Оллатара есть озеро живой воды, посреди которого прямо на водной глади стоит изваяние бога.
— Может, мы пойдём отсюда? — Ренольд прервал Олана, за что тут же повинился. — Простите, но не кажется вам, что взгляд этого кальпи слишком уж пристальный?
— Да, пойдёмте, — я потопала вперёд первой, совершенно наобум, так как дороги, естественно, не знала.
Напоследок обернулась, ещё раз посмотрев на величественного зверя, который по какой-то неясной причине всё так же стоял посреди поляны, будто окаменел.
— Позвольте, я пойду первым, — Элбан меня опередил. — Надо найти дорогу. По-моему, мы пришли с этой стороны.
— Так лес выведет к ней, — невозмутимо сказала. — Он покажет, просто идите вперёд и всё. Не стоит волноваться, что мы заблудимся. Это невозможно.
Капитан глянул на меня и кивнул, всё равно зашагав впереди всех. Всё-таки меня иногда удивляет местный народ. Такой наивный! А если я лгу? Если я, вообще, разбойница или в сговоре с императором. Ни капли сомнений. Да, они знают меня, но порой люди обманывают, лгут и предают даже тех, кого знали годами. А тут…
— Так что там дальше? — заметив краем глаза Олана, спросила, так как знала, что этот человек ценнейший носитель интересной и порой драгоценной информации.
— С Оллатаром? — спросил, я кивнула. — Да ничего. Священный город. Никто из людей в нём не был. Как он выглядит и где он находится, никто не знает. Ходит много слухов и домыслов. Говорят, что все дома там из чёрного гранита, а дороги вымощены серебряными плитками. Что из фонтанов там течёт не вода, а вино. Но про статую бога в центре говорят многие.
— И откуда же они знают, если никто из людей там не был? — удивилась. Обычный бред. Ну какое вино или плитка из серебра? Даю сто процентов, что нет там ничего подобного, а всё это россказни. Пьяный какой-нибудь в кабачке навыдумывал на хмельную голову, а другие подхватили. Вот так и родились все эти слухи. Не удивлюсь, если никакой статуи бога и живого озера нет и в помине.
— Мне кажется, что у него остались какие-то нерешенные вопросы? — привлек внимание всех Патриций, который шёл позади всех.
Вот я почему-то сразу поняла, что он имеет в виду. Тем более что пока мы шли, у меня было странное чувство, будто мы стараемся не обращать усиленно внимания, на то, что шум позади нас производит некто весьма конкретный.
Все остановились, переглянулись и повернулись.
— Может, он голоден? — выдал своё предположение Патриций.
— Или пить хочет? После лечения всегда пить хочется, — добавил в копилку предположений Олан.
— Мне сделать что-нибудь с этим? — спросил Элбан и посмотрел при этом почему-то на принца.
Ренольд пожал плечами, как бы говоря, что он вообще тут не при делах.
Склонила голову набок. Страшно было до жути, но восхищение будоражило, щекотало горло и сжимало грудь.
