– Бывают, но я ещё никогда не был так близко, тем более, ни с кем не разговаривал.
– Ясно, спасибо за откровенность. Думаю, раз мы будем тренироваться у тебя, то нужно всё это перенести туда сразу. Да и Эйнар может здесь наткнуться. Уберёшь? А я в ванную.
– Конечно, госпожа, – Риро буквально засиял и начал порхать по комнате, снова всё упаковывая. Надо было подумать мне об этом сразу.
Постояла немного, наблюдая, и зашла в ванную. Нужно смыть с себя усталость. Всё-таки мы сегодня почти весь день носились по городу.
Ужин прошёл как обычно. Все делились новостями, тихо переговаривались и, как я заметила, чувствовали себя вполне комфортно. После я отбрехалась от Эйнара тем, что устала, и буду ложиться спать. Он, естественно, улыбнулся и пожелал хорошенько отдохнуть. Я покивала, поблагодарила и слиняла с Риро к нему в комнату.
– Ну как вы? – Риро с сочувствием смотрел на меня. Я же пыталась дышать.
– Кошмарно. Можно немного ослабить это пыточное устройство?
– Можно. Талия у вас всё равно тоненькая.
– А вообще убрать его можно? – с надеждой спросила, выдыхая, так как Риро расслабил корсет.
– Нет. Он придаёт нужный силуэт. Без него будет немного не то. Не волнуйтесь, вы привыкнете.
Этого не случилось. Ни через день, ни через два, ни даже ко времени бала я не привыкла. Корсет жал немилосердно. Это нервировало. В итоге, полностью одетая, я ощущала себя закованной в стальные латы, в которых ни повернуться толком, ни сесть, ни пройтись нормально.
«Первый и последний раз», – пообещала себе, рассматривая себя в ростовое зеркало.
Выглядела я неплохо. Вот только чего-то не хватало. Образ был неполным, как бы незаконченным.
– Риро, – немного повернулась, рассматривая складки на платье. – Что не так? Чего не хватает?
Риро осмотрел меня придирчиво, обошёл по кругу, постоял с минуту и просиял.
– Волосы, госпожа. К такому наряду нужно совсем другую причёску.
Я вздёрнула брови и глянула на себя в зеркало. Причёска? Ну да, мой коротенький хвостик как-то не очень подходит подобному платью.
– И что делать?
– Я знаю, что можно отпустить очень быстро с помощью магии. А вы ведь лекарь, госпожа, вам это вообще не должно составить никакого труда.
– Да? – ещё раз посмотрела на себя. – Ох, ладно. Потом, если что, отстригу. Когда там мне выходить?
– У нас ещё часа три есть, госпожа.
Риро едва ли не подпрыгивал от нетерпения, сжимая в руках непонятные инструменты, отдалённо похожие на щипцы для завивки волос. Я опасливо покосилась на это, но промолчала, лишь тяжело вздохнув.
– Как это делать? Я никогда подобным не занималась.
– Ох, я не знаю. Там заклинание надо плести. Я ещё не обучался этому.
– Ясно, – задумалась. Так, что я знаю о волосах? У них есть корни, из которых и растёт сам волос. Ладно, углубляться не буду, попробую просто направить энергию в них и немного стимулировать работу волосяных луковиц.
– Ох!
Открыла глаза. Похоже, я переборщила. Через пелену волос ничего видно не было. Отодвинула эту штору вбок, посмотрев вниз. Чёрт возьми, я отпустила их до самого пола!
– Обрезай, – уверено выдала, понимая, что такая длина вообще ни к чему.
– Какую длину оставить? – голосом профессионального парикмахера спросил меня эльф, щёлкая в воздухе ножницами.
– Ты же будешь прическу делать. Сколько тебе нужно, столько и отрезай. Всё равно потом обратно состригу.
– Жалко ведь.
– Риро, режь, давай. Время идёт. Меня Эйнар и так в последние дни терроризирует, выпытывая, где я постоянно теряюсь. Не удивлюсь, что он и сейчас в моей комнате дожидается меня, чтобы устроить новый допрос.
– Его Светлость принц Эйнар просто волнуется.
– Да, да, режь, давай. Тяжёлые больно.
Пытка с волосами продолжалась почти два часа. Я устала, и стоять, и сидеть. Риро не давал мне смотреться в зеркало, порхая вокруг меня, он то накручивал, то тянул, то чем-то брызгал. Нет, после бала сразу же отрежу всё это. Не представляю, как можно с волосами возиться так долго. Сдохнуть можно, честное слово. Но, кажется, Риро всё это откровенно нравилось. По крайней мере, он улыбался, что-то там бормотал, мне кажется, даже напевал. Милый такой эльф. Недавно узнала, что ему всего сорок, если перевести на наш человеческий, то ему примерно четырнадцать лет. Совсем ребёнок.
– Готово!
– О, боги, не прошло и года. Если я доживу до конца этого вечера, то можно считать меня крепким орешком. Повернуться можно?
– Да, госпожа, конечно.
Риро отскочил в сторону, давая мне возможность повернуться к зеркалу. Чувствуя небольшое волнение, обернулась и замерла. Так вот зачем этому прохвосту нужны были жемчужины на нитке! Он вплел их хитрым образом в волосы. Не берусь сказать, как называется этот завитый, таинственно сверкающий тёмными жемчужинами шедевр, но выглядело хорошо. Закрученные до предела локоны мирно лежали на плечах, отчего эти самые плечи казались такими хрупкими и женственными, что я даже удивилась. Шея выглядела длинной и изящно-тонкой.
Осторожно покачала головой. Надо же, держится. Наверное, то, чем он опрыскивал всё это, что-то вроде лака для волос.
– Вы очень красивая, госпожа, – выдохнул эльф, прижимая к груди расчёску.
