– Петир ван Абель, – неспешно повторил он. – Я помню Петира ван Абеля. Петир ван Абель видел Лэшера.
Судя по всему, дух пребывал в спокойном и задумчивом настроении. Беззвучный его голос звучал четко и был красив, как никогда.
– Расскажи мне о нем, – попросил я.
– Я расскажу тебе о нем на священном каменном круге, – пообещал дух. – Мы отправимся туда вместе. Я все время пребываю там. И ты должен пойти туда.
– Ты все время находился там, в горах? Но как это понимать? Значит, ты мог быть там и одновременно с нами?
– Да, – последовал ответ, сопровождаемый тяжелым вздохом.
Но мне показалось, что сам он далеко не уверен в истинности своего утверждения. Судя по всему, это было нечто выходившее за пределы его понимания.
– Не упрямься, дух, скажи мне, кто ты такой? – взмолился я.
– Лэшер, вызванный Сюзанной, ведьмой из горной долины, – с готовностью сообщил он. – Ты меня знаешь, Джулиен. Я так много для тебя сделал.
– Скажи мне, дух, где сейчас моя дочь, Мэри-Бет, – потребовал я. – Надеюсь, ты не бросил ее на произвол судьбы в этом паршивом городе? Сам знаешь, она способна на рискованные затеи, которые могут завести слишком далеко.
– Позволь напомнить тебе, Джулиен, что все ее затеи на редкость разумны. Однако сегодня я оставил ее, дабы позволить ей потешить собственную плоть, а не разум.
– О чем это ты?
– Она нашла красивого молодого шотландца, который достоин стать отцом новой ведьмы.
Услышав это, я буквально впал в бешенство и как ужаленный подскочил на месте.
– Говори, где Мэри-Бет? – взревел я.
А в следующую секунду до меня донеслось ее беззаботное пение и звук ее легких шагов по коридору. Дверь отворилась, и Мэри-Бет появилась на пороге. Она была очень хороша: на щеках играл свежий румянец, волосы свободно рассыпались по плечам.
– Наконец-то я на это решилась, – радостно возвестила она, танцующей походкой подходя ко мне и целуя в щеку. – Почему у тебя такой дикий взгляд?
– Кто этот человек? – задал я встречный вопрос.
– Тебе не стоит даже думать о нем, Джулиен, – пожала она плечами. – Я никогда больше и не взгляну в его сторону. Ну, скажем… лорд Мэйфейр. Вполне достойное имя, не правда ли?
Некоторое время спустя, убедившись, что Мэри-Бет действительно беременна, мы отправили домой полное лживых измышлений письмо, где сообщили, что отцом будущего ребенка является некий лорд Мэйфейр из Доннелейта и что бракосочетание упомянутого лорда и Мэри-Бет состоялось в Доннелейте. На самом деле ни жениха, ни свадьбы, ни города не существовало.
Однако я забежал далеко вперед. Впрочем, должен отметить, в тот самый момент, как Мэри-Бет сообщила мне о произошедшем, я понял, что совокупление, на которое она решилась, обязательно будет иметь желанные последствия. По ее словам, избранник ее был истинным шотландцем – черноволосым, обаятельным, сладострастным и очень богатым. Что ж, подумал я, возможно, это не такой уж плохой способ выбрать отца своему будущему ребенку.
Обуревавшие меня чувства – боль, страх, ревность, стыд – я, конечно, всеми силами попытался скрыть от Мэри-Бет. Ведь мы с ней привыкли ни в чем не стеснять свободу друг друга. Я не хотел предстать перед ней косным и ограниченным ревнивцем, опасаясь, что она попросту поднимет меня на смех. К тому же мне не терпелось отправиться в Доннелейт.
Пока я рассказывал Мэри-Бет о том, что мне удалось узнать, наш преданный дух оставался в стороне и не вмешивался в нашу беседу. Воистину в ту ночь он пребывал в удивительно мирном и благостном настроении. Постепенно мы тоже успокоились. Но тут с улицы донеслись встревоженные голоса. Прислушавшись, я понял, что один из местных лордов только что убит.
Я не скоро услышал его имя, которое, впрочем, не сказало мне ровным счетом ничего. Кроме одного: я узнал, как зовут отца ребенка Мэри-Бет.
Однако вернемся в Доннелейт. Позвольте мне рассказать о совершенных там открытиях.
В горную долину мы отправились на следующий день, наняв две большие кареты. В одной разместились мы и наш багаж, в другой – несколько слуг, без помощи которых мы не могли бы обойтись в этом рискованном путешествии. Сначала мы двинулись на север, в Даркирк, где переночевали на постоялом дворе. Поутру мы продолжили путь уже верхом. Следом шли две лошади с поклажей. Нас сопровождали и двое местных жителей, тоже верхом.
Мы с Мэри-Бет обожали лошадей, и верховая прогулка по холмистой местности была для нас обоих истинным удовольствием. Лошадей мы выбрали превосходных, запасом провизии располагали вполне достаточным. Впрочем, вскоре почтенный мой возраст начал о себе напоминать: суставы предательски заныли, а конечности затекли. Проводники наши были молоды, так же как и Мэри-Бет. Все тяготы пути они переносили с легкостью. Мне приходилось страдать в одиночку, замыкая процессию. Однако окружавшие нас холмы, поросшие густыми лесами, радовали взор, небо над головой сияло чистотой и синевой. Красоты пейзажа заставляли меня забыть об усталости, и, несмотря на свои преклонные лета, я чувствовал себя счастливым.
