— Окэй! — вздыхаю я, достаю Жезл Мёртвых с пленённой душой «врага», уничтожить! Очков Системы мне не достаётся, они давно кем-то поглощены, зато Игра вознаграждает двумя цэ-картами:
— Благодарю! — и Игру, и Орофина, сделавшего «посмертный» подарок. Это то самое умение, по воздействию похожее на столкновение с поездным локомотивом. Донасыщаю, изучить!
Оно вбирает в себя
Два Короля обезьян исчезают в рабских картах, Санкро в карте стазиса. Я со Стервиэль
— Ты готова убивать невиновных хаоситов? — закидываю удочку.
— Невиновных? В чём? В том, что они пришли на чужую планету, убили игроков и поработили юнитов? Предлагаешь не убивать тех, кто сам с радостью тебя убьёт? Нет, в Системе не получится быть добрым и всепрощающим. Она стравливает всех вокруг, буквально вынуждая убивать.
— А если все вокруг не станут убивать друг друга?
— Так не будет. Даже внутри своего вида идёт борьба за власть, территории, ресурсы, самок для продолжения рода, что выливается в постоянные войны, а уж в межвидовых отношениях, когда, допустим, для муравьёв или пауков ты являешься просто ходячей едой, за которую дополнительно дают Священные очки, мир и вовсе невозможен.
— То есть, убивать всех подряд?
— Убивать, но не всех. Я рада, что ты не кровожадное чудовище, пощадил женщин и детей хаоситов. Хотя даже на нашей планете в клановых войнах очень часто не щадят никого, кроме совсем крох, что потом ничего не поймут и не вспомнят — их воспитывают как собственных детей.
— Понятно, — закругляюсь. Стервиэль вряд ли станет страдать из-за рек крови, что я собираюсь пролить. Впрочем, если вдруг я не прав, и она соберётся страдать — возвращай серёжку
Часа через три быстрого полёта, для чего девушку также поместил в карту стазиса, достигаю окрестностей деревни ящеров, южнее разорённой в прошлый раз деревни духовных практиков. Спешиваюсь, призываю Стерву и Санкро, направляемся к рыбакам, что тащат сеть из реки.
— Что мы здесь делаем? — спрашивает хаосит.
— Собираемся получить силу Тьмы, — отвечаю ему.
Заходим в тыл пресмыкающимся, отрезая от деревни:
— Ну, что, помесь жабы со змеёй, пришло время умирать! — разъясняю судьбу несчастных, используя выученный из карты язык.
Среди десятка ящеров началась паника, оказывать сопротивление никто даже не пытался — все, бросив сеть с уловом, кинулись врассыпную. Уйти удалось всего троим, причём один на лодке сейчас бешено грёб подальше от нас, так как тёмная эльфийка достала лук из сумки мародёра.
— Стреляй хаоситской стрелой, — приказываю ей. Свидетель «палева» должен умереть, но умереть «достоверно».
Она послушно меняет стрелу и с первой попытки всаживает в район сердца — ящер не ожидал такой силы и точности, видимо, ещё не сталкивался с игроками-читерами, получающими свои навыки, можно сказать, незаслуженно.
— Паш, вырезай ядра, — они почти все идут ему, так как демоническая ци, которую кристаллизую я, банши не по нутру, не может её усваивать.
— Санкро, не знаешь, что у ящеров за ругательство: «бесхвостые»? — вспоминаю я момент из времени сражения за оплот при так называемом Большом нашествии.
— При сильном испуге они отбрасывают хвост, поэтому «бесхвостый» означает трус.
«Как земные ящерицы! Ясно»
