Когда-то я читал в научно-фантастических романах о том, что все люди на самом деле живут не на планете Земля, а существуют в виде отдельных программ внутри какого-то сверхмощного суперкомпьютера, и всё, что они видят и слышат, осязают и обоняют, есть не что иное, как такие же сложные программы. Мне не хотелось верить в то, что я не обычный живой человек, а всего лишь, пусть и сложная, но компьютерная программа, поэтому я отвергал всем своим нутром подобные предположения о том, что вся наша Вселенная вообще, и все люди в частности, обитаем в суперкомпьютере. Но сейчас я знал, что и мои русалки, и сам я пребываем в этом иллюзорном мире в виде ментальных или астральных сущностей, и, тем не менее, это нисколько не мешало получать нам удовольствие от такой жизни.
Конечно же, когда мои нимфы начали, как говорится, грязно приставать ко мне, я быстро забыл об этих глупых рассуждениях и о Вселенной в компьютере, и об иллюзорном мире, в котором мы находимся. А с удовольствием отдал всего себя прелестям интимной жизнь, уже зная из своего небольшого опыта, что секос в иллюзорном мире ничем не отличается от того, чем мужчина и женщина занимаются в постели в реальном мире. Впрочем, где-то там по краешку сознания промелькнула мысль об относительности времени. Говорят, что самому Эйнштейну принадлежат такие слова: «Когда вы сидите с красивой девушкой, часы проходят, как секунды. Когда вы сидите на раскалённой печке, секунды кажутся часами. Такова теория относительности». Точно-точно! Ещё и такое слышал: «Прикоснись к горячей сковороде, и секунда покажется тебе часом. Прикоснись к горячей женщине, и часы пройдут, как один миг». В общем, как ни крути, а великий учёный был прав: время относительно.
Вот и я не заметил, сколько часов провёл в объятиях неутомимых гурий. Мы уже в очередной раз искупались в прозрачной воде нашего озера, и снова нежились на пляжных кушетках. А потом я почувствовал непреодолимое желание завалиться в удобную кровать, закрыть глаза и уйти в объятия Морфея. Вот об этом и поведал своим русалкам, после чего предложил им пойти в наш дом, и там выяснить, как обстоят дела с моей спальней. Они с восторгом восприняли это предложение и потащили меня за руки в дом, так и стоявший сиротливо на пригорке недалеко от озера. Да, смотрелась эта недвижимость неплохо, но я до сих пор так и не удосужился изучить её как внутри, так и снаружи.
Девчата первым делом привели меня в мою спальню, и здесь я обнаружил огромную кровать, настоящий сексодром. Одна из русалок сдёрнула покрывало, и нашему взору предстала прекрасная постель с большим одеялом и с множеством подушек. Я представил себе, как завалюсь в эту уютную берлогу, и мне ещё больше захотелось спать. Оставив экскурсию по дому на потом, я с разгону прыгнул в это лежбище, Вера, Надежда и Любовь заботливо накрыли меня одеялом, задёрнули плотные шторы, и в спальне стало ещё уютнее от накрывшего её полумрака. Сами русалки улеглись вокруг меня поверх одеяла и пожелали мне приятных сновидений. И буквально через пару минут я уснул.
Приснился мне среди прочего мой недавний кормилец Дмитрий. Парень поведал, что в тюрьме произошли кардинальные изменения, но самое главное, его рассчитали без положенной отработки месячного срока, и в данное время он находится у родителей, но вскоре отправляется к своей возлюбленной девушке, проживающей в одной из кубанских станиц. А по пути молодой человек планирует заехать в деревню, где проживает учительница младших классов, она же соседка моих родителей, она же моя подружка Светлана Аркадьевна Кожевникова, и собирается передать ей указанную мною долю от сокровищ, найденных в дупле старого дуба.
- Вы меня извините, Сергей, но я не стану говорить вашей пассии о том, что вас убили, - потупил взор Дмитрий, - наоборот, совру, что у вас всё хорошо, что вы не болеете и чувствуете себя прекрасно. Расскажу, что в тюрьме неплохо кормят, что вы подружились с сокамерниками, и все они оказались неплохими ребятами, а ещё добавлю, что у вас есть возможность через какое-то время попасть под УДО.
(УДО - условно-досрочное освобождение от наказания).
- Ага, так и сеть! Добавь ещё, что эта тюрьма так и называется – «санаторий для бывших спецназовцев, которые ведут себя, как паиньки», – засмеялся я, – ладно, парень, наверное, ты прав, не нужно расстраивать Светлану неприятными новостями. Пусть надеется на лучшее, тем более, что этим надеждам, скорее всего, будет суждено сбыться.
