Пока Хэмми заглатывал газировку, остальные продолжали увиливать от когтей Винсента, электрошокера и косы.
Затем Эр-Джей вскарабкался повыше и, высунув голову из ограды, уставился на Винсента.
– А знаешь что, Винсент? Ты был прав. Они действительно идеально помещаются на языке.
С этими словами он театральным жестом положил картофельную чипсу себе в рот.
Винсент в ярости взревел и бросился на Эр-Джея.
– Ну же, Хэмми! – закричал Оззи. – Давай, давай, дава-ааааааааааай!
Пришло время Хэмми.
Хэмми всегда был быстр. Но в этот момент он был настолько быстр, что земля, казалось, перестала вращаться. Он за долю секунды добрался до выключателя охранной системы и нажал клавишу. Затем, уже не спеша, обогнул лазерные лучи и пересёк газон.
Все это время Винсент продолжал лететь в прыжке, а Эр-Джей обнаружил, что одет в панцирь Верна.
Он улыбнулся.
Оголённый Верн дернул за леску карманной удочки, другой конец которой был привязан к панцирю, и вытащил Эр-Джея вместе с панцирем из лап летящего медведя.
Винсент продолжил полёт через ограду во двор Глэдис. Он рухнул на землю рядом с хозяйкой и Двейном, прямо на лазерный луч.
Растущее поблизости огромное раскидистое дерево медленно раскрылось, обнажив устройство, похожее на ракетную установку. Глэдис, Двейн и Винсент в ужасе уставились на жуткий механизм.
– Опаньки, – простонал Двейн. – Приготовьтесь, будет больно.
Наблюдая за происходящим с ограды, животные надели защитные очки и солнцезащитные щитки, чтобы уберечь глаза от яркого света.
И тогда...
Мощный столп света озарил окрестности. Ракетные установки выпустили ракеты. Всё это с оглушительным грохотом взорвалось.
Жаркая волна взметнула меху животных на спинах.
Эр-Джей достал упаковку с попкорном для приготовления в микроволновке и подержал её на вытянутых лапах перед собой.
Попкорн начал лопаться.
Он угостил горячим попкорном Верна, который к тому моменту успел вернуть себе панцирь.
Они оба молча жевали и с восхищением наблюдали за полным уничтожением двора Глэдис.
Наконец взрывы утихли. Облачка дыма поплыли прочь, обнажая великолепную картину: Винсент, Двейн и Глэдис сидели в гигантской клетке. Остальная часть двора превратилась в обожжённый кратер. Даже сама ракетная установка и та поджарилась.
– О-оооо, – простонал Двейн. – Это больно, как я и думал.
Эр-Джей и Верн с улыбками переглянулись.
Хэмми громко рыгнул и отрубился.
Через час или позже Винсента привязали к тележке и закатили в полицейский фургон.
Глэдис была в наручниках.
– Вы хоть отдаёте себе отчёт в том, что это такое? – спрашивал её полицейский. – Эта штуковина запрещена в сорока восьми штатах!
– Это всё он! – вопила Глэдис. – Он продал её мне! Я не имею к этому никакого отношения!
– Это было в вашем дворе, – заметил другой офицер полиции. – Ваше имя значится в договоре. Судье это будете рассказывать.
– Нет! Это не моя вина! Отпустите меня! Меня нельзя арестовывать! Я председатель Ассоциации домовладельцев!
Глэдис продолжала сопротивляться изо всех сил. Оба полицейских были вынуждены держать её, чтобы она не вырвалась.
Пока полиция пыталась совладать с Глэдис, Двейн решил воспользоваться ситуацией и ускользнуть. Он на цыпочках попятился к забору, тихо перелез через него и спрыгнул в соседний двор – и-и-иииииик.
– Играть? – с надеждой в голосе гавкнул Наджент.
Двейн медленно обернулся. Позади него стоял громадный ротвейлер, игриво виляя хвостом.
– О нет, – заголосил Двейн. – Нет, нет, нет, нет, не-еееееееет!
– Играть! – радостно рявкнул Наджент.
По другую сторону ограды животные ликовали.
– Ёксель-моксель! Мы сделали это!
– Мы молодцы! - горланил Оззи, хлопая Лу по спине.
– У-УУУху-ууу! – вопили маленькие братья-дикобразы. – Дай пять! Дай пять!
Эр-Джей смотрел на них с едва различимой улыбкой. Затем поднял с земли свой мешок и, развернувшись, собрался уходить.
Верн заметил, что енот намеревается уйти.
– Эй, Эр-Джей! – позвал он. – Умм, ты знаешь, прими к сведению, что, если бы ты сказал нам, ну, что ты должен вернуть медведю еду, мы бы её просто тебе отдали.
Эр-Джей обернулся.
– Правда?
– Да, – кивнул Верн. – Так поступают во всех семьях. Заботятся друг о друге.
Эр-Джей почесал макушку.
– У меня никогда ничего подобного не было.
Верн улыбнулся.
– Ну тогда ты не представляешь, что ты теряешь. Это врата в лучшую жизнь. Ну... что скажешь? Хочешь стать членом нашей семьи?
От радости Эр-Джей выронил сумку.
Хэмми вытер лапой нос.
– О, иди ко мне, – всхлипнул он.
Он подбежал к Эр-Джею и крепко его обнял. Остальные присоединились.
Эр-Джей обнимал их в ответ.
– Добро пожаловать в семью! – кричали они наперебой.
Юные дикобразы присоединились к группе.
– Жесть!
– Ауч! – Эр-Джей вытащил иглу из уха.
Верн наблюдал за счастливыми животными. Он поморгал, пытаясь смахнуть слезу. Нет ничего лучше, чем семья.
И тогда у него задрожал хвост.
– Эй, Эр-Джей, – обратился он к еноту, начиная волноваться. – Есть какие-нибудь ещё животные, которым ты чего-нибудь задолжал? Например, э-ээ, львы, или тигры, или гориллы?
– Нет, – с улыбкой ответил Эр-Джей.
– Это хорошо. Не хочу тебя пытать, но...
