Лесной дом (СИ) полностью

«Девчонки» были в восхищении: оказывается, Виктор вспомнил, что видел в чулане невесть каким образом занесённую туда… Алиса даже не знала, как это назвать: два тележных, наверное, колеса, соединённых между собой, но без самой телеги.

— Смотрите, — радовался Виктор, изо всех сил стараясь выглядеть солидным и спокойным. — Вот сюда положим две любые жерди, прикрутим их, а на них то самое покрывало. Придётся потом, конечно, выбросить — покрывало-то, но только потому, что потом оно будет вонять. А за те же жерди будем направлять эту штуку, куда нам надо. Кое-где приподнимать придётся, но, думаю, не часто. Лиска, что думаешь?

— Думаю, что ты гений, — решительно отозвалась сестра, а Лула радостно закивала.

«Девчонки» вместе с Виктором взялись за колёса и выкатили «штуку» сначала в кухню, а потом в холл. Трудновато в первый раз пришлось, когда скатили с лестницы. На ступенях колёса так подпрыгивали, что Алиса боялась, как бы они не налетели им на ноги — очень уж громоздкие. Потом Виктор бросился искать, где он видел жерди. А дамы бросились в дом, договариваясь взять самое старое покрывало, но сложить его вдвое для прочности.

Вскоре довольно странная тачка была готова.

В неё по одному наложили сразу пять штук измигунов. Шестого класть не стали, потому что заметили, что груз и под пятью так прогнул покрывало, что его дно начало провисать в паре сантиметров над землёй. Представили, как будет груз вести себя во время движения, и отказались добавлять ещё одного. И так получается, вместо трёх дохлятин — везут сразу пять. Впрочем, Алиса посмотрела, посмотрела и кивнула:

— Тащите тачку вместе. А шестого я возьму на себя.

И начали работу.

Поскольку нашли несколько старых покрывал, то Алиса взялась за следующее и тоже сложила его вдвое. Туда же перекатили того самого шестого измигуна, и девушка взялась за кончики своей ноши. А что? Неплохая волокуша!

И поехали!

Несколько раз Алисе приходилось бросать «своего» монстра, чтобы добежать до брата и Лулы и помочь им выкатить тяжеленную тачку, колёсами застревавшую то среди кочек, то в какой-нибудь мелкой, но коварной ямке. Злились, ругались, спорили — брат с сестрой, в основном, разумеется. Пока доехали — устали, как черти! Но Алиса была рада: если учесть, что они притащили к склепу вдвое больше дохлых тварей, чем ранее думалось притащить за один раз, то всё замечательно. Им предстоит сделать ещё две поездки к склепу — не шесть, как было бы, тащи они тварей по одной. И ещё. Лула очень старалась, хоть брат на неё частенько срывался и покрикивал. А что было бы, возьмись она тащить измигуна в одиночку?

Куна решили вопросами своими пока не трогать. Проезжая мимо него, поглядывали порой и видели, как он то сидит, то лежит, то ползёт, наверное, в поисках нужной травы в нужных количествах. И Алиса твёрдо поклялась себе, что, закончив с переносом измигуньих трупов, она обязательно посмотрит, что за травы использует оборотень. И поможет ему искать их, пока есть время. А втихомолку радовалась, что ещё сутки проведёт в этом доме, который так странно притягивал её.

Под конец работы они уже даже не боялись свалиться на траву перед склепом — лишь бы не воняло в их сторону. Свалиться и отдохнуть — даже хотя бы перед тем, как вернуться. Смотрели на высокие деревья, на шелестящие листья и не то дышали, не то вздыхали… Не оборачиваясь, Виктор спросил, благо валялся ближе, чем Лула:

— А чего тебя Мичил-то вызывал? Ночью?

— Ничего, что бы нам пригодилось, — ровно сказала Алиса. — Он рассказал, что есть боевые маги, которые могут за плату освободить местность от измигунов.

— Ты не спросила, как они это делают?

— Нет. Сразу сказала, что у нас денег нет, и он больше не стал со мной говорить.

— Гад…

— Похоже, что так, — вздохнула Алиса. И снова замолкла, глядя на светло-голубые кусочки неба в ветвях, время от времени перемежаемые лениво плывущими белыми облаками. Но про себя подумала: «Мы справимся сами. У нас есть на кого положиться. На нас самих. Пусть, уезжая, он думал, что оставляет нас на смерть. Отобьёмся!»

Пока солнце ласково гладит по лицу, нежно пригревая, пока травы вокруг мягко веют сладкими запахами, а близкие птицы старательно нащёлкивают и присвистывают что-то легкомысленное, всегда остаётся отрадное и глупое чувство: «Всех победю!» И кажется, что тёплый, светлый день будет бесконечным, а ночь с её… измигунами — всего лишь чья-то страшная байка, которая, возможно, уже закончилась.

Проговорив про себя смешное слово «победю», не поддающееся нормальному формообразованию, Алиса плаксиво подумала, что вставать с травы не хочется. А надо. Надо шагать до лесного дома, проверять, как там во всех окнах закреплённые вчера ставни и стоит ли их заново переустанавливать. А потом идти на кухню и немного злиться, что соль прошлые неведомые жильцы оставили, а вот крупу — не догадались.

И резко села. Соль! Вот о чём Алиса уже некоторое время пыталась спросить у Куна — и забывала!

— Чё вскочила? — недовольно спросил брат, лежавший рядом, покусывая травинку.

— Век бы лежать так… — мечтательно протянула Лула.