Голос вожатой тут же откликнулся где-то совсем рядом. Неожиданно заросли на пути мальчика разошлись, и огромная фигура Серафимы Алексеевны перекрыла дорогу. Антошка, не тормозя, влетел в железные, но в то же время ласковые объятия. Говорить не было сил, к горлу подступил комок, и он расплакался.
— Нашёлся маленький, ох и напугал же ты нас, — пробасила вожатая и, достав откуда-то носовой платок, стала вытирать им заплаканные глаза мальчика. — Всё хорошо, Антош, теперь ты в безопасности.
— Серафима Алексеевна, — хлюпая носом, сказал Антошка, — вы не поверите… я такое видел!
