Лесные невесты полностью

— Да мы бы и не стали хватать никого в парандже, — заметил третий. — Мы же брали только симпатичных молодых девчонок. А кто ее знает, какая она под паранджой? Может оказаться старуха. Может вообще чучело гороховое. Это, может, когда-то ты сам…

— Они сказали, что их так похоронили!

— Разве в парандже хоронят? — спросил первый. — В балетной пачке точно не хоронят!

— А я откуда знаю, как хоронят восточных баб и монахинь? — заорал наркоман. — Может, как раз в парандже и этой рясе, или как там это у них называется. И, может, я неправильно называю. У нее только глаза были видны. Черный такой платок. Все лицо закрывает, по носу идет — а глаза видны. Это не хиджаб. Они все говорят, что пришли с того света, чтобы я не забывал, что мы с ними сделали. Почему ко мне-то? Почему ко мне одному?

— Они же не умерли, — вспомнил второй. — То есть кто-то умер, а кто-то нет. Я помню, какую взбучку мне отец устроил! За то, что мы их не добили и не закопали как следует!

— Да, мы тогда не доводили дело до конца… — задумчиво произнес третий.

— А ты мог убить? — заорал наркоман. — Помните, что с нами было, когда та, первая, умерла?

Еще я должна была проверить модель Наталью Туполеву, которая разместилась с Полиной Купцовой. Третья жена моего бывшего мужа веселилась в зале внизу. Значит, Туполева, как и Зиза, проживающая с Субботиной, не должна была запереть дверь. Я тихонько приоткрыла ее, заглянула в номер, затем приоткрыла пошире — и увидела, что в комнате никого нет. Так…

Наташа уже обрабатывает жениха, пока другие веселятся, спят или готовятся к ночным гаданиям?

Я решила проверить и Святослава. Для этого я спустилась на второй этаж, легко постучала, ответа не услышала и тихо приоткрыла дверь. Она не была заперта. Голый по пояс Святослав сидел на кровати (двуспальной) с планшетом в руке. Ждет ночных гостий?

— Что вы хотели? — спросил он ничего не выражающим тоном.

— Узнать, все ли в порядке и не желаете ли вы, чтобы я вам что-нибудь принесла. Я ухожу к себе в дом.

— Нет, ничего не надо. Спасибо.

— Если захотите ночью попить, поесть — вы знаете, где кухня. Ночью у нас самообслуживание.

— Не беспокойтесь. И завтра не будите меня, пожалуйста.

— Мы никогда не будим гостей на завтрак. Никакого фиксированного времени завтрака у нас нет. Можете спать до полудня, до часа. Ольга Петровна будет на кухне с девяти. Когда спуститесь, вам что-то предложат. Дверь можете запереть изнутри.

— Зачем? — рассмеялся Святослав. — Мне же интересно, кто придет первой. Я уж думал, что кто-то наконец созрел…

— Я вас разочаровала? Простите. Неужели никто еще не пытался?

Святослав покачал головой. Но тогда где же Наташа Туполева?

Я пожелала жениху спокойной ночи, одумалась, пожелала беспокойной, он расхохотался, потом сказал, что, возможно, никого не дождется — спать хочется. Я отправилась к техникам. Может, они видели, куда пошла Туполева. Или смогут отмотать запись и это выяснить.

И еще из коридора услышала, что техники о чем-то спорят на повышенных тонах, хотя слов за закрытой дверью было не разобрать. Я постучала, дверь открыл Костя. Первым делом я увидела, что техники очень встревожены. Пульт управления располагался в их комнате, а экраны, на которые должно было выводиться изображение, были черными!

— Заходите, — распахнул дверь Костя и тут же закрыл ее на замок.

— Что случилось?

— Техника не работает.

— Вся?! — пораженно спросила я.

— Информация с камер не поступает на пульт. Ни с одной камеры!

— Вы связались с Игнатом Петровичем? Или с кем должны связываться?

Парни сказали, что вначале попробуют починить сами, а если не получится, то с утра вызовут вертолет. Он же в любом случае полетит только в светлое время.

— Сегодня уже достаточно материала отсняли. Ночью ничего интересного, наверное, не будет. Все устали, — сказал Костя.

— И нас сегодня тоже что-то разморило, — признался Коля. — Спать хочется — сил нет.