Пока я переваривала информацию, у меня в кармане зазвонил спутниковый телефон. Я увидела незнакомый номер, но ответила.
— С кем там связалась моя дочь?! — заорала женщина, которую я в первый момент не узнала, что неудивительно: я разговаривала с ней всего один раз и сразу вспомнить не могла. Микрофон у меня хороший, так что вопль услышали Ксения, Зиза и Валера.
— Вы кто? — спросила я.
Оказалось, что мною недовольна мать Ярославы Шершень, увидевшая последние фотографии дочери. Ярослава уже успела наделать снимков себя, любимой, вместе со снегоходом, на снегоходе, вместе с Игорем Алейником — и все на фоне замерзшего озера и нашей базы. По мнению этой бизнес-леди, я должна была не допускать до ее дочери посторонних мужиков.
— Вы говорили, чтобы я не давала ей пить! Ваша дочь трезва, как стеклышко, прекрасно позавтракала, выспалась, а сейчас дышит свежим воздухом. Когда она вообще такой воздух вдыхала?! Это полезно для здоровья! Что вы хотите?
— Она выходит замуж или за сына Игната Петровича, или ни за кого!
— Так тогда чем вы недовольны? Она сейчас как раз проводит время с сыном Игната Петровича.
— Я знаю, как он выглядит!
Я предложила связаться с самим Игнатом Петровичем и совместно посмотреть фотографии, после чего отключила связь и посмотрела на Ксению и Зизу.
— Вы собираетесь выкладывать свои фотографии?
Ксения не собиралась, Зиза ответила, что еще не решила, но скорее нет, чем да. Фотографии, вероятней всего, появятся на ее сайте после возвращения в Лондон. И выбирать их будет не она. Для этого есть специальный человек. Остальные пока не вставали. Кстати, а не пора ли их всех опять проверить?
Но перед тем, как уйти, я спросила у Зизы, чем она моет голову.
— Простоквашей, кефиром. Яичный желток регулярно втираю в корни волос. Хотя я этого, конечно, никогда не скажу перед телекамерами. У меня же контракт — я рекламирую шампуни, бальзамы, маски для волос, разные уходовые средства. Несколько компаний предлагали мне стать их лицом, вернее — волосами. Я выбрала тех, кто больше дал. Самые лучшие — наши недорогие травяные шампуни, — Зиза назвала бренд. — И «Детским кремом» пользуюсь, а не дорогущими восстанавливающими, омолаживающими, разглаживающими морщины продуктами, которые тоже рекламирую.
Вначале я отправилась к техникам и смогла их разбудить — просто растолкала. Оба сказали, что голова болит и «дурная». Я не стала говорить про снотворное, просто рекомендовала принять холодный душ, потом спускаться в кухню, а затем приступать к своим обязанностям. Нужно было побыстрее определиться, вызывать вертолет или они сами справятся.
Пока я была в комнате парней, позвонил Игнат Петрович и спросил, как на базе оказался его сын Игорь. Я ответила, что вопрос он адресовал не по адресу. Сама спросила, будет ли он против женитьбы Игоря на Ярославе Шершень. В смысле: мне попробовать их разлучить или пусть милуются? Игнат Петрович хмыкнул и ответил, что, если подумать, обстоятельства складываются очень даже неплохо. Святослав на Ярославе не женится никогда, а породниться с деньгами всегда полезно. И тут еще и Игорь пристроен будет. Лучше с Ярославой, чем со старой бабой.
— С мамой Ярославы решите вопрос, а то она мне уже звонила.
— Знаю. Еще один вопрос к вам, Люда. Почему он выбрал Ярославу? Или это она его выбрала?
— Он спросил у меня совета. Я посчитала, что с остальными нет шансов.
Игнат Петрович рассмеялся и пожелал мне хорошего дня. А я задумалась. Он еще не знает, что запись на базе не идет?
Я пошла будить Светку Ураган, которой объяснила положение вещей — съемка не ведется, причины не знаю, также вероятно, что кто-то подсыпал снотворное, техники только встали. Сейчас будут разбираться с аппаратурой.
