Отец Николай, Паша и Олеся, Виктор, Прохор с Ваней… Оба Владимира-смолянина, пулемётчик и старшина… Олег, Миша Шадов и Александр… Сашка-танкист и лейтенант Евгений Фролов, Максим и прочие бойцы и партизаны, которых я вёл за собой в бой с 41-го года. Но последним был именно тот капитан, за чью батарею так дорого заплатила диверсионная группа Вольфа. Я не узнал его имени, но зато хорошо запомнил. Только в прошлый раз он был хмур и сосредоточен, а теперь в его глазах бегали весёлые огоньки, густые усы смешно топорщились. Капитан улыбнулся мне имолча обнял. В тот миг я проснулся. Рядом уютным и тёплым калачиком свернулась жена, а в маленькой детской кроватке мирно сопел ребёнок. Как же хорошо!
Лучше и не вспоминать эти мгновения так часто. В последнее время нервы совсем плохие, плачу почём зря. Ну а что вы хотели, возраст, 100-летний юбилей.
И ведь никому я, по сути, не нужен. Мои дети сами уже состарились, я недавно стал прапрадедом. Если ясность мысли ещё осталась (относительная ясность), то речь уже давно не та, и сил нет, и здоровья… За мной ухаживает специально нанятая няня, без неё бы давно каюк, но ведь она не близкий человек, с которым можно было бы просто поговорить! К детям внуки привозят меня раз в году, сами навещают дважды: на День Победы и день рождения. Вот, жду очередное 9 мая. Каким оно будет?
Так что все диалоги и мысли приходится прокручивать в голове. А как было бы хорошо их перенести на бумагу да дать людям прочесть! Чтобы поняли, чтобы знали… Да даже просто рассказать свою историю. Ведь в ней было ой как много чего интересного.
…Красное знамя ещё не было поднято над рейхстагом, ещё кипели бои на подступах к Берлину, а в стане союзников назревал крупный (и закономерный) конфликт, способный вылиться в ещё одну военную катастрофу.
История союзничества имела свои светлые и тёмные страницы. Да, с одной стороны, был ленд-лиз и открытый в 1944 второй фронт, оттянувший на себя часть немецких сил.
