— Я беспокоюсь о своей маме, — сказала она нерешительно. — Хильдегарды никогда не отсылали ей мою зарплату, и теперь, наверное, она думает, что я о ней совсем забыла. Ее выгнали из хорошей больницы, в которой она лечилась, и теперь она в бесплатной клинике, но там ей не могут оказать необходимую помощь.
— Хильдегарды никогда не отсылали чеки? Несмотря на то, что знали, что они для оплаты медицинских счетов твоей матери?
Отем кивнула и снова начала плакать.
— И самое ужасное, что моя тетя думала, что я удерживаю деньги с другой целью.
— Твоя мать не будет так думать.
Она покачала головой.
— А что делать, если она так думает?
— Ты любишь свою мать?
— Да, — призналась она.
— А твоя мама знает об этом?
— Думаю, что да.
— Поверь мне, Отем, она знает. Как она может не знать? Ты такая хорошая, добрая, умная, добросердечная девушка.
Отем смущенно рассмеялась.
— Давай, позаботимся об этом прямо сейчас.
— Позаботимся об этом? Сейчас?
Грейди достал телефон из кармана и проверил сигнал.
— Я соорудил антенну, — заметил он. — Мой мобильный работает. Ты хочешь поговорить со свое матерью?
— Больше всего на свете, — выдохнула Отем.
— Сюда, — сказал Грейди, подавая ей телефон. — Позвони и скажи ей, что ты во всем разобралась. Ты думала, что она получала твои деньги, но теперь ты все исправила.
— Исправила? Я ничего не исправляла.
— Да, Отем. Скажи ей, чтобы она вернулась в больницу. Сообщи, что там ее ждут.
— Ее же выгнали оттуда.
— Они возьмут ее обратно, — заявил Грейди.
Отем не знала, как такое возможно, но Грейди говорил с такой уверенностью, что она ужа начинала верить в то, что он сказал.
Она позвонила матери, и между ее выплесками слез у нее состоялся самый страстный, сердечный разговор, какой она когда-либо имела, с мамой.
— Мне так жаль, мам. Я думала, что они отправляли деньги.
— Знаю, милая. Я не сомневалась в тебе ни секунды, несмотря на то, что сказала твоя тетка. Я знала, что ты никогда не забудешь обо мне.
— Никогда, мам.
— Я люблю тебя каждую секунду каждого дня, Отем. Никогда не забывай об этом.
— Мама, послушай меня. Ты должна вернуться в больницу.
— Они не примут меня, милая.
— Сейчас они тебя возьмут. Просто скажи своему доктору, что ты возвращаешься. Они будут ждать тебя в больнице, к тому времени, как ты туда доберешься.
Она попрощалась с матерью, и Грейди взял телефон.
— Как называется больница? — спросил он Отем.
— Центральная западная, — ответила она, а затем слушала в изумлении, как Грейди позвонил в больницу, его перевели в расчетный отдел, проверили все счета мамы и прикрепили его кредитную карту к ее файлу.
Он повесил трубку и улыбнулся Отем. Он был так красив, и сочетание его внешнего вида и уверенности, с которой он только что позаботился о медицинских счетах, заставили Отем с тоской в душе почувствовать себя слабой. Она никогда не знала, что значит иметь мужчину рядом. Она никогда не знала своего отца. Способ, которым Грейди позаботился о вещах, был именно таким, как она всегда думала, должен поступать мужчина. Быть сильным, действенным и компетентным.
— Спасибо, — тихо произнесла она.
Грейди кивнул.
— Исходя из того, что они сообщили мне, похоже, что состояние твоей матери довольно серьезное.
— Да, — ответила Отем. — Моя тетя сказала, что она, вероятно, недолго протянет.
— Я знаю, каково это наблюдать за болезнью тех, кого ты любишь, — произнес он.
Отем кивнула, не зная, что сказать.
— Таким образом, тебе не придется говорить «да». Я не знаю, что заставило тебя покинуть дом, в первую очередь, но если ты хочешь увидеть свою мать, то я отвезу тебя.
— Что?
— Прямо сейчас ты, я и Дестини. Мы не сможем добраться туда сегодня, но если нам удастся, то мы могли бы остановиться в мотеле где-то на полпути, и уже завтра могли бы оказаться на месте.
Отем расплакалась.
— Ты шутить? — спросила она, не веря свои ушам.
— Нет, не шучу, — ответил Грейди. — Если с ней что-то случится, ты будешь помнить об этом всю оставшуюся жизнь.
Отем посмотрела на него. Что-то было в том, как он произносил эти слова, это сказало ей, что он говорил, опираясь на свой опыт. Грейди кого-то потерял, и она была абсолютно уверена, что если бы у него был последний шанс поговорить с тем человеком, он бы использовал его. Потому-то он знал, насколько это важно для нее.
— Грейди, это очень долгий путь.
— Мне нравится водить машину, — сказал он. — Будем считать, что ты хочешь поехать.
