Будильник зазвенел, когда я порезал лук и мясо. Закинул все в котел. Вот что меня очень радует в игре, так это то, что не надо мыть посуду. Только все съел, как посуда чистая, будто вылизана. Красота!
Выход!
Вылез их капсулы. Поотжимался, поприседал, попрыгал. Побрел в столовую. Вспомнились вчерашние беды Димыча и мое бессилие чем-либо помочь хорошему человеку. Надеюсь, что он нашел какой-нибудь выход.
Взял на раздаче манную кашу и чай. Поискал глазами кого-нибудь из уже привычной компании. Не нашел. Сел за свободный столик. Уже почти доев кашу, почувствовал, что кто-то за мной наблюдает. Доел. Шустро окинув глазами пространство, срисовал наблюдателя. Им оказалась та самая девчонка, к которой я чуть в капсулу не влез.
Я доел кашу, взял чай и встал. Подошел к ее столику. Она была одна за столиком.
– Можно?
– Что?
– Присесть можно?
– По-пожалуйста.
– А Тамерлан-то – дон Жуан! То к девке в капсулу прыгает, а потом разрешите присесть! – сбоку изгалялся Шоха, он был вознагражден громким хохотом. Из чего я сделал вывод, что история с моей ошибкой уже вышла на общий уровень известности. А у девушки стал вид как у побитой собачонки. Как-то она вся сжалась, будто ожидая удара.
– Не обращай на них внимание. Извини меня за тот случай. Это случайно получилось. Мне Димыч сказал ложиться в капсулу, которая откроется, ну, я и ломанулся. А там ты лежишь. Я не хотел тебя напугать. Ты уж прости меня, пожалуйста, не со зла ведь!
Девушка еле заметно кивнула.
– А на этих ушлепков не обращай внимания. Шоха – вообще моська! Ему лишь бы лаять. – Я посмотрел в сторону компании Шохи. Двух я не знал, но с радостью заметил три знакомых лица. Шнурок-Йодиус с фингалом: большим, фиолетовым, на весь глаз и половину щеки. Кирпич был заметно тощей своей игровой копии. Я бы сказал, что из общего у них только лицо, да и то немного отличается. Третьим сидел Татарин, этот обладал внешностью очень похожей на свой игровой персонаж. Он потирал ушибленный обо что-то кулак. У меня возникли сильные подозрения, что ушиб он его об магистра Йодиуса. Очень приятно было на них смотреть. С усилием отвел глаза к девушке. – Меня Евгением зовут, а тебя?
– Настя.
– Очень приятно с тобой познакомиться, Настя!
Со спины подошла компания во главе с Шохой. Настя сразу сжалась.
– Ты кого ушлепками назвал? – взвизгнул Шоха.
– За слова то и ответить нужно, – подхватил один из незнакомых мне парней.
– А не боишься, что без твоих дружков мы тебя укатаем как Бог черепаху? – это уже Татарин.
– По одному, или вы всей шоблой полезете как трусливые девочки?
– Да тебя Татарин и один уделает, – крикнул Йодиус, видимо вспоминая тяжелый удар Татарина.
– Давай выйдем на улицу, пообщаемся, – Татарин был очень уверен в своей силе.
– Не ходи с ними, они тебя изобьют! – зашептала Настя.
– Не бойся, уж с одним-то я справлюсь!
– Ты не понимаешь… – начала было девушка, но ее прервал Шоха своим визглявым фальцетом:
– Что, зассал?
– Отчего же? Пошли.
Мы вышли во двор, прошли через калитку черного входа, завернули за угол, в подворотню. Они взяли меня в коробочку, и так мы прошли пару кварталов. Вдруг Татарин резко развернулся и махнул в мою сторону рукой, на которой неожиданно оказалась намотанной цепь. Я сделал шаг ему навстречу, схватил за воротник рубашки, дернул на себя, одновременно уклоняясь вправо. Цепью досталось все тому же Йодиусу. Тот упал там же, где и стоял. Удар локтем вправо в солнечное сплетение, и один из незнакомцев оседает, пытаясь заглотить хоть каплю воздуха. Тут мне прилетело по почкам трубой. Кирпич, зараза, где-то откопал трубу. Мне казалось, искры осветили переулок. Под следующий удар я подставил Татарина. Тому досталось по спине. Он этому моменту тоже не обрадовался. Я Кирпичу подарил в ответ удар ботинком по коленной чашечке. Тут послышался разряд шокера.
– А ну разойдись, вашу мать! – В проулке оказался Димыч с дистанционным шокером в руках. Сейчас всю шоблу током долбану!
Я отпустил Татарина и отошел к Димычу. Татарин, держась за спину, поковылял к остальным.
– Мы еще с тобой разберемся! – провизжал Шоха. Вот уж разбиральщик нашелся. За все время драки его что-то заметно не было.
Они потихоньку убрались из переулка мимо Димыча. Я подошел к нему.
– Спасибо тебе, Димыч! А как ты тут оказался?
– Хорошую ты девчонку закадрил, Тамерлан. Ей спасибо скажи.
– Настя?
– Она. Добежала до меня, рассказала про твои геройствования. Ты один больше с ними не ходи никуда. В следующий раз ведь могу и не успеть. А какие щедрые эпитеты употребляла: «Этот дурачина», «дубина стоеросовая», «дурень тупоголовый». Переживала, видно, за тебя, дурака! По душе ты ей! Ты уж девчонку не обижай!
– Да ни за что! Она мне сразу понравилась, только робкой показалась поначалу.
– Ничего себе робкая! Меня чуть ли не за шкирку в этот переулок притащила! Вон стоит твоя ненаглядная!
Я посмотрел в указанном направлении: там около бетонной стены стояла Настя, вся пунцовая от того что мы ее обсуждаем. Я с укоризной глянул на Димыча и пошел к ней.
