Первым потоком шли упыри, рядовые черти, пехотные кикиморы и несколько боевых пиявок. За ними маячили и другие монстры, но за атакующей волной их не возможно было разглядеть.
Жбанов дал предупредительный залп, скосив пару тварей. На остальных это подействовало не как устрашение, а призыв к активным действиям. Твари настолько стремительно бросились на людей, что друзья не успели испугаться.
Федор прекратил предупреждать и начал убивать, пророкотала длинная автоматная очередь. На нее налажилась еще одна, Константина.
Жбанов запустил гранату. Раздался грохот, брызги, нахлынул омерзительный запах.
Через мгновение он бросил еще гранату, за ней третью, четвертую…
На уши давил смех, смех, смех…
Константин до этого дня ни разу в жизни не стрелял из боевого оружия, его опыт заканчивался детским пистолетом, который плевался пластиковыми пулями. Надо отметить, что это не мешало ему довольно метко стрелять и срезать большими партиями врагов.
У Федора закончились патроны.
— Ягодка, прикрой меня! — проорал он настолько громко, насколько смог, при этом все равно не услышал собственного голоса.
Кошка все поняла правильно и начала отстреливаться сверху из кольтов. Для смены магазина в автомате ему нужно было всего несколько секунд. Он отцепил старый и отбросил в сторону, тут же голодная топь с чавкающим бульком проглотила добычу. Запасной рожок достать он не успел, потому что к нему стали просачиваться враги. Против толпы ритмичные залпы кошки, все равно, что против стада вепрей с двустволкой выйти в чисто поле, снесут и не заметят.
Федор выхватил из-за пояса пистолет и начал стрелять по особо ретивым монстрам.
В самый неподходящий момент у Самойлова тоже закончились патроны в автомате. Хоть Федор и показал как, но менять рожок быстро он не умел.
Твари воспользовались заминкой и приближались по труппам своих соплеменников, которые не успевали тонуть в трясине и неподвижными холмиками лежали на поверхности.
Константин выхватил пистолет. Стрелял остервенело, но метко, старался действовать по принципу: «один патрон — минус враг». И почти всегда это правило срабатывало, благо мишеней было больше, чем грязи не болоте, захочешь, не промахнешься.
Недалеко от обороняющихся стали раздаваться взрывы, внося небольшую смуту в стане противника. Друзья задрали головы и увидели, что Ягодка оседлала ящик с лимонками и теперь парила над нежитью, сбрасывая ежесекундно гранаты на головы врагов и выдергивая зубами чеку.
Ребята воспользовались заминкой наступающих, Жбанов успел поменять рожок в автомате, передернул затвор. Оружие ощутимо потяжелело, его он передал другу. Самойлов незамедлительно пошел в атаку и длинной очередью срезал нескончаемый поток монстров. Пистолет при этом он не бросил, стараясь стрелять на две стороны, давая возможность Жбанову зарядить пустое оружие.
Внезапно прекратились взрывы. Ребята кинули быстрый взгляд на Ягодку, стало ясно, что и ее снаряды закончились. Так некстати. А ведь это было основное, наиболее действенное оружие.
Теперь кошка использовала метательные ножи, разом запускала их сверху в головы нежити, возвращала обратно и снова запускала, тем самым Яга здорово прореживала плотный строй монстров. Иногда она умудрялась пускать в ход палки, виртуозно подкручивая их в воздухе. Особых увечий монстрам деревяшки не приносили, но где-то давали товарищам столь необходимую секунду, чтобы выстоять. Федор и Константин понимали, что гранаты были их основной силой, теперь о возможной победе мечтать даже не хотелось, потому что полчища нежити не кончались.
В рюкзаке у Федора оставались еще оборонительные гранаты, но их еще надо умудриться достать.
— Ягодка! — крикнул он кошке, которая носилась над головами противника в пустом ящике, прошибая его углами затылки.
Дева-Яга приблизилась, Федор закинул к ней в ящик рюкзак и крикнул:
— Внутри гранаты, очень мощные, поэтому кидай их подальше, а то может и нас зацепить.
Кошка кивнула и отдалилась от горячей точки метров на триста.
В этот момент к Жбанову слишком близко подобралась кикимора, расстояние позволяло еще выстрелить.
Щелк. В магазине пусто.
Константин тоже стрелял из второго пистолета, первый был пуст, а менять обойму не хватало времени.
Кикимора бросилась на него. Федор схватил Константина и рванул в сторону, тварь врезалась в разъяренного близкой добычей упыря, которой уже не соображал где свои, где чужие. Он с радостью накинулся на свалившуюся добычу в виде кикиморы. И они кубарем покатились в грязи.
Раздался оглушительный по силе взрыв. Мужчин накрыло волной мерзости. Они бросились на землю, закрыли руками уши и открыли рот. Затем прогремели еще три взрыва, примерно через одинаковые промежутки времени, но столь же мощные по силе. Кошка бросала гранаты на удаленном расстоянии от центра, где сражались свои, и шла дальше по окружности, разрывая снарядами не один десяток тварей. Их ряды редели, но не кончались.
— Да сколько ж их здесь?! — в сердцах бросил Федор.
Ответа не последовало. Его никто не знал, даже сам болотник.
