Самойлов так и застыл в немом изумлении на пороге кухни, где раньше готовился только кофе. А восхищаться было чем! Крем-суп из шампиньонов с хрустящими чесночными сухариками, отбивная с жареной картошкой, посыпанные зеленью и лучком, венчала стол огромная стопка румяных блинчиков, для которых стояла свежая сметанка, варенье и икра.
- Что застыл, как в гости пришел? Прошу к столу - на скорую руку приготовил немного, - суетился у бара Жбанов, извлекая из него бутылку дорогого коньяка.
- Я женюсь, Федька! - внезапно выпалил Константин, удобно устраиваясь за столом.
- Как? То есть на ком?
- На тебе, дурак! Если это у тебя на скорую руку, то я не представляю, что будет, когда ты расстараешься. Тебе цены нет!
- Что у тебя с лицом? - перебил Федор, подойдя к столу и заметив красно-полосатую раскраску друга.
- Ты разве не знаешь, кошки не любят воды, - Самойлов многозначительно кивнул в сторону Ягодки.
В кухню гордо вошла высохшая кошка с несколькими проплешинами на теле. Федор растерялся, не зная кому сочувствовать больше.
Решая эту сложную задачу, он поставил на пол блюдечко с популярным мясным кормом для кошек из пакетика. Ягодка усом не повела, проигнорировала подношение и грациозным прыжком оказалась на столе возле сметаны и тарелкой с блинами. Она с жадностью набросилась на румяное угощение, не забывая макать морду в сметану. Жбанов застыл с разинутым ртом, теперь он не знал чему удивляться больше, толи кошачьей наглости, толи скорости исчезновения в ее желудке еды.
- Не обращай внимания, Федь! - увещевал Самойлов с набитым ртом. - У кошек зверский аппетит. Лучше присоединяйся, пока что-то осталось.
Здесь Жбанов, любитель душевно поесть, тушеваться не стал. Навалил себе тарелку с тройной горкой и с аппетитом принялся поглощать пищу. Несколько минут за столом раздавалось довольное чавканье. Праздник желудка удался.
Под урчание уснувшей прямо на столе Ягодки, Константин блаженно закатил глазки и отвалился на спинку стула.
- Оух! - сытно выдохнул он. - Федь, я никогда в жизни не ел так вкусно. Теперь я верю, что рай существует. Честное слово, женился бы на тебе, если бы не Василиса...
- Кто? - оживился Федор, кошка тоже приподнялась на лапах, а Самойлов понял, что сморозил лишнее.
- Да так, новенькая одна.
- Стоп-стоп. На работе я всех новеньких знаю, ты сам мне их фотки присылаешь прежде, чем взять на фирму.
- Я не говорил, что она с работы, - выкручивался Константин, - так познакомились на днях. Думаю, у нас все серьезно, поэтому и не рассказывал тебе пока. Она та единственная, которую я всегда хочу видеть рядом с собой.
Сон у Ягодки, как лапой сняло, вырвалась лишь легкая отрыжка, она подсела поближе и почти в упор всматривалась в глаза Кости.
- Вот это да! По такому случаю у меня тост, - Жбанов шустро разлил по рюмашкам коньяк. - За Василису! И имя-то у нее какое старорусское, сказочное, прям.
Друзья звонко чокнулись и опрокинули рюмки. Благородный напиток уже почти целиком проник через горло в желудок Федора, как внезапно расширил глазки и поперхнулся.
- А не та ли это девица, за которой ты гонялся по лесу и, которая потом тебя типа вывела? - откашливаясь, спросил Федор, покраснев в лице.
- Да ну тебя! - отмахнулся Самойлов от друга, не зная, что ответить.
'Это ж надо так проколоться!' - Константин мысленно бросался под каток, но внешне сделал вид, что его интересуют новости, и он включил телевизор. На экране показывали репортаж с места события, где уже несколько часов огромная территория была охвачена пожаром. На борьбу со стихией были отправлены десятки пожарных машин и вертолетов. Самойлов не вслушивался в слова ведущего, перед его взором стояла Лесовка, все остальное его мало волновало.
- Повезло же тебе, наверное, в рубашке родился, - проговорил Жбанов, прислушиваясь к новостям.
- Что? - отвлекся от своих мыслей Константин. - Почему повезло?
- Так, этот пожар как раз полыхает там, где ты блуждал.
Лесовка
Расставшись с ивашкой, я пошла к Чертогу самой длинной дорогой, по пути размышляя, как такое могло случиться? Я влюбилась в того с кем мне не суждено быть вместе.
Слезы ливнем катились из глаз, сквозь них еле различалась тропа, все сливалось в одно зеленое пятно.
- Вась, ты плачешь? - увязался за мной Остап.
- Нет, хохочу! - сердито бросила я осиннику, и тот благоразумно пошел своей тропой.
Жизнь час назад казалась такой счастливой и прекрасной, и вдруг все оборвалось, стоило только расстаться с Константином. Внутри было пусто, словно из меня высосали всю магию. Слезы еще больше хлынули из глаз. Я теперь долго не смогу смеяться и улыбаться. Очень долго.
Будущее. Что ждет меня впереди? По тону отца ясно, что ничего хорошего.
Долго ходила по своей родной вотчине, возможно, я ее больше никогда не увижу. Неизвестность и неизбежность наказания страшили не хуже кикиморы болотной.
В раздумьях, я не сразу почуяла рядом чужого. Скорее всего, он давно шел рядом, тихо и ненавязчиво. Сердце кольнуло в предчувствии беды.
- Выходи? - строго приказала я.
- Не пугайся, лесная дива! Это всего лишь я, твой будущий супруг.
