Сергей принес колбасы и апельсинов, запах колбасы вызывал тошноту, но не это оказалось самым мучительным. Теоретически Зоя знала, что мужчины не выносят вида больных неухоженных женщин, а ей не пришло в голову хотя бы подушиться, нет, стало бы еще хуже, запах болезни не перебьешь. Практически столкнулась с подобным явлением впервые. Если бы ей пришлось ухаживать за больным Сережей, она бы таяла от умиления, а он даже не поцеловал ее толком, не сел рядом.
Признаться, Зоя выглядела ужасно. Сергей боялся, что она прочтет в его глазах что-нибудь неправильное и вместо жалости, которую он действительно испытывал, обнаружит то, что сама же и придумает, потому старался смотреть как можно правдивее, что получалось плохо, ибо от стремления к искренности глаза чуть ли не слезились. Предчувствия его не обманули. Зоя свернулась калачиком на кровати, глядела испуганно и враждебно. О том, чтобы сесть с ней рядом, не могло быть и речи, так отчетливо она боялась. Колбасы Зоя не захотела, он нарезал апельсины, поставил на стол. Приготовил чай, проветрил комнату, предварительно укрыв Зою одеялом. Что еще сделать – не знал и, видя, как она тяготится присутствием гостя, засобирался домой.
– Я захлопну дверь за собой, не вставай, пожалуйста, – все-таки решился поцеловать ее на прощанье, и напрасно, вздрогнула от неприязни. Да что с ней, неужели они все так болеют? Сережина жена не успела поболеть за время их краткой совместной жизни, мать была человеком исключительно здоровым, а тетка – ну тетка сама медик. Сергей осторожно закрыл дверь за собой, полагая, что Зоя задремала, и не догадываясь, что не успеет он дойти до лифта, как боги погонят Зою искать улики на полу в прихожей.
Кто ищет, тот всегда найдет. На сей раз ее добычей стал обломанный зубчик от расчески, явно дамской. Длинный волнистый зубчик, чуть ли не черепаховый. Впрочем, Зоя в этом не разбиралась. Она немедленно принялась представлять себе, при каких обстоятельствах тот мог отломиться. Нарочно ли Сергей подкинул его на место, где уже лежал косметический карандаш, найденный Зоей и старательно спрятанный – не так давно? Ясно, что расчески так просто не ломаются, и вряд ли у его жены такие густые волосы, нет, конечно, откуда в нашем климате у нее возьмутся роскошные косы. Значит, это то самое, значит, с женой он позволяет себе гораздо больше, предстает пылким любовником, а Зое остается малая толика или не остается ничего, как сегодня.
– Ну-ну, – шептали боги, – ну-ну.
Злость проступила на лице и груди красными пятнами. Зоя поглядела в зеркало и испугалась. Похоже, что у нее на нервной почве началась краснуха. Медицинская энциклопедия, как и положено подобным изданиям, поддержала подозрения.
Марина позвонила вовремя. Имея сердце отзывчивое и доброе, как перо критика, она засыпала подругу вопросами о самочувствии и через три минуты поставила настоящий диагноз.
– Температура не спадает? Кости ломит? Пятна на лице? Ерунда, какая краснуха. А бабочки у тебя нет? Какой, какой – такой. Скулы красные? А переносица? Вот-вот, самая бабочка. Пятна на лице похожи на бабочку. У тебя, душа моя, красная волчанка. Я знаю, потому что у моей Ленки недавно золовка переболела. Не хочу тебя пугать, давай до завтра подождем, посмотрим. Но все совпадает. И бабочка, и кости, и температура. И болеют в основном женщины около тридцати лет на нервной почве. Приступов бреда у тебя не было? Ах да, ты же сама не заметишь. Ладно, сейчас к тебе не поеду, ты вроде пока в норме, разговариваешь как человек, а завтра посмотрим. Если что, звони. С утра в любом случае приеду, врача вызову, нормального. А пока с Ленкой проконсультируюсь. Она хорошо помнит, что надо делать.
К утру Зоя дошла окончательно, благо медицинская энциклопедия под рукой, и симптомы указаны, и вероятность летального исхода. В начавшемся наконец бреду она видела Сергея с женой, хохочущих и небрежно проливающих вино мимо подноса на огромной кровати под пологом.