Раф приложился затылком об толстый стальной прут и глухо зло завыл в потолок, чувствуя, что даже боль в теле не может перекрыть боль внутри.
«Как ни крути, выбирать-то не из чего же было. Сердце вырвать из себя или душу вырвать. Разница-то в чем?»
Раф бьет коротко и уверенно. Он знает куда. Сай лежит в ладони штыковым хватом, чтобы сразу наверняка, чтобы не мучился, чтобы даже почти не почувствовал.
Время словно превращается в какую-то безразмерную жвачку, потому что в этот короткий рывок, куда обычно влезает не больше выдоха-рыка, впихивается целая гора мыслей.
«Лео, ты не почувствуешь, ты простил, я вижу это. А я предал тебя, променял на Кадзэ, как всегда боялся, что сделаешь ты. Вот, выходит, судил-то по себе. Ты бы сейчас, если бы тебе пришлось сделать такой выбор и убить кого-то из братьев, ты бы вот точно сделал это быстро-быстро… Ты умеешь решать любые задачи и следовать принятому решению».
Сай разворачивается в руке упором вперед.
«Только я не ты, Лео. Я-это-не-ты…»
Точку он знает отлично и не сбавляет силы удара.
А там сбросить с пирса и молиться, чтобы не захлебнулся в заливе.
Искать тело не будут.
Никто не поверит, что дурак-Рафаэль знает что-то кроме своего бесспорного таланта крошить чужие кости.
Караи резко выдохнула, закрыв глаза.
- Почему ты сразу не сказал мне?
- А потому что откуда мне знать, что тебе до него за дело, – раздосадованно буркнул Раф, с удивлением понявший, что все еще отчаянно ревнует Лео, как последний собственник. – Это… это мой брат, а ты всегда мне казалась его недостойной… ты некрасивая… Ты даже не знаешь, как он любит тебя. Ты – дура, Караи. Вот.
Караи вздрогнула и долго-долго смотрела на Рафаэля, который отвернулся и осторожно положил подбородок на макушку Кадзэ.
«Любит? Лео жив? Я не могу в это поверить».
Сердце зашлось какой-то дурной короткой дробью безумной надежды.
Рафаэль не станет ей врать. Да и на раздавленного горем предателя он не похож. Скорее на ревнивого и злого пса.
Девушка не смогла удержать едва тронувшую губы улыбку.
- Значит, нам, тем более, надо выбираться, – решила она, стряхивая оцепенение. – Я тут, пока била в стену, обнаружила, что кладка в одном месте просела. Смотри, есть лаз в соседнее помещение.
Раф усмехнулся левым уголком губ, так, чтобы она не видела.
Воодушевление Караи даже немного позабавило его.
- Ну, лезь тогда, чего штаны-то протираешь об пол? – бросил он. – Давно бы драпала, спасая свою шкуру.
Караи вздохнула и закрыла глаза.
- Рафаэль, я не такая гадкая, как, возможно, кажусь тебе. Я хотела спасти Кадзэ, чтобы ты был с ним счастлив, потому что Лео же именно этого хотел. Он о своем счастье не думает никогда, или оно у него в вас… ты сказал, что он любит меня, но, видимо, вас – сильнее.
Раф качнулся из стороны в сторону, что-то взвешивая в своей голове, обрисовал пристальным взглядом указанную Караи дыру в стене, и коротко обреченно выдохнул.
«Сука-судьба! Вот умеешь свинью подложить по полной программе».
Он даже позавидовал Караи, отчаянно и совсем по-детски.
Вот у нее еще будет все.
Она выберется, она найдет Лео и будет счастлива с ним.
И ее не будет жрать совесть за это счастье.
Почему ему, Рафу, такого вот не дано? Почему он вечно должен получать свой кусок пирога измазанным в дерьме?
Почему он тоже просто не может быть счастлив с тем, кого выбрало его сердце, а?! Просто валяться на травке, просто глазеть на закаты и обсуждать новости спорта?
Раф улыбнулся сам себе, неожиданно осознав простую и очевидную истину.
А, в общем-то, все ведь именно так, как он и задумал с самого начала, влезая в это во все.
Ничто же не изменится.
Ничто не станет по-другому.
И никакая судьба не сможет помешать ему.
Ведь он все выбрал для себя, останется только Кадзэ спросить.
«Лео, я вот хоть так расплачусь с тобой за все, что ты сделал для меня. Хоть не последним дерьмом буду. Ты же ее любить-то не перестал, курицу эту? А я, как бы, ее спасаю сейчас, да? И она скажет тебе об этом…»
«Хуй она скажет, Рафи. Потому что если ты ей все объяснишь сейчас, то она никудашеньки не пойдет. А у нас тут времени в обрез на все и про все».
- Ладно, – он повернулся к девушке. – Тогда слушай меня внимательно – как пролезешь туда, сразу дуй в канализацию, а там уж ори, что есть мочи, и стучи по трубам – Донни тебя найдет сам.
- Но, Рафаэль, – Караи замотала головой. – Как я покажусь вашей семье? Лео же…
- Простил тебя, дуру упрямую, как и меня, – оборвал ее Раф недовольно скривившись. – Сказал же уже тебе. Давай, шевели задницей.
- А как же вы?
- Что мы? – Раф усмехнулся ей, потом протянул руку сквозь прутья и несильно пихнул в плечо. – Задержимся тут на часок-другой, а потом догоним тебя. Сама понимаешь, давно не виделись очень, все дела.
Караи недоверчиво дернула бровью и не тронулась с места.
- На вас смотреть страшно. О чем ты только думаешь, а?
- Проваливай, – Раф оскалился. – Я не смогу идти, сама же видишь. И Кадзэ – тоже. Лучше пошевели булками и скажи моим братьям, что нам тут очень помощь нужна.
- Я не уйду без вас, – Караи скрестила руки на груди, упрямо наклонив голову. – Бежать, так всем вместе.
