Поттер потряс бумажкой как флагом. Снейп стоял и рассматривал свои ладони. Чувство облегчения не приходило. Где-то под ложечкой продолжало ныть. Тревога отступила, спрятавшись в самом темном закоулке души, чтобы уже оттуда напоминать о себе, не давая покоя. Профессор деловито подошел к краю нарисованного стола:
— Что там у вас?
Через десять минут все необходимые вещи из списка были упакованы. Гарри под руководством Снейпа с удивительным проворством доставал из нужных ящиков и шкафов белье, мантию, туалетные принадлежности. Гарри лишь пару раз с удивлением посмотрел на невозмутимого профессора, когда тот поправлял его:
— Мисс Грейнджер терпеть не может фиолетовый… а эти туфли ей натирают…
Наконец, Поттер подошел к камину и набрал в горсть летучий порох.
— Вы забыли самое главное.
— Да нет, — Гарри еще раз пробежался глазами по всем пунктам. — Вроде бы все.
— Я никогда в жизни не поверю, что мисс Грейнджер не попросила принести ей пару книг.
— Нет, — твердо сказал Гарри — Пачка бумаги для принтера формата А4 — есть, книг — нет.
— Это она запамятовала, наверное, — успокаивающе проговорил Снейп. — Представьте себе: придете вы с пустыми руками, а ее вдруг постигнет глубокое разочарование. Как Марианская впадина. Я бы даже сказал, она придет в бешенство. Вы когда-нибудь видели мисс Грейнджер в бешенстве?
Поттер подозрительно уставился на бывшего слизеринского декана. Тот сделал скорбное лицо и возвел очи горе. Гарри вздохнул:
— Да, Гермиона без книги — это нонсенс. Что посоветуете?
— «Магические растения Галапагосских островов: эндемики и реликты».
Гарри тоскливо глянул на толстенный фолиант, вздохнул и сунул его подмышку:
— До свидания, профессор. Мне было очень приятно с вами повидаться.
— А мне-то как, вы себе даже не представляете, — пробормотал Снейп и едва успел выскочить из своей лаборатории, прежде чем в камине погаснет зеленое пламя.
Гарри осторожно положил пакет с вещами на подоконник, талмуд на прикроватную тумбочку и хлопнул себя по лбу.
— Надо было фрукты захватить!
— Зачем? — Гермиона приоткрыла опухшие веки. — Привет! А где Джинни?
— Больным и немощным друзьям всегда фрукты приносят. А еще шоколадных лягушек, леденцы и всякие разные тянучки для поднятия бодрости духа! — Гарри наклонился к Гермионе и слегка приобнял ее. Она зашипела, он тут же отстранился: — Извини. Очень больно?
— Терпимо, — она успокаивающе улыбнулась посеревшими губами. — Не надо мне тянучек — я на диете. Безтянучковой.
— Вот и хорошо. У меня их все равно нет. Закрутился совсем. Джинни как услышала, что с тобой случилось… в общем, ты можешь нас поздравить — мальчика мы назовем Альбус-Северус, как и планировали. Правда, немного раньше.
— О, Боже! Надеюсь, с Джинни все в порядке? А с малышом? Мне так жаль.
— Не переживай, — молодой отец гордо выпятил грудь. — Ей оставалось доносить всего ничего. Мне кажется, она даже слегка обрадовалась. Там с ней сейчас Молли, Артур и Джеймс. Он не желает отходить от братишки ни на шаг.
— Мой крестник — настоящий джентельмен и истинный рыцарь.
— Лоботряс он, каких свет ни видывал. Ремень по нему плачет. Ты лучше скажи, как тебя снова угораздило? Чем вы там в своем Отделе Тайн занимаетесь?
— Это — страшная тайна, — заговорщически шепнула она другу. — Ты все нашел?
— Все. Хотя, если бы не профессор Снейп… — Гарри взъерошил волосы, снял очки, протер стекла и, подслеповато щурясь, поинтересовался, как бы между прочим: — Что у вас с ним?
— В смысле? — Гермиона снова попыталась приоткрыть веки. Ее багровое, распухшее лицо и шея были покрыты жирной мазью, а кожа на руках отпадала белыми чешуйками.
— Я… вы…он волновался. Он переживал за тебя.
— Он прямо так сказал?
— Нет. Просто он ни разу не заорал: «Поттер, вы — идиот!» И как вы с ним уживаетесь только? Это ж только в дурном сне привидеться может: ты и Снейп! В одной квартире! Кому рассказать — не поверят.
— На самом деле, иногда это бывает даже забавно. Если бы я не чувствовала себя ежеминутно круглой идиоткой с размягчением мозга в начальной стадии. Но лучше, если он будет считать меня дурочкой, чем поймет, что все это время я его обманывала.
— Не так уж сильно ты его и обманула.
— Кто ж знал, что ему взбредет в голову прогуляться в такую рань? У меня как-то внезапно испарились все объяснения, заготовленные на случай, если он появится в моей квартире. Десятки раз прокручивала в мыслях сценарий нашей первой встречи. Вот Гермиона Грейнджер сообщает профессору Снейпу в чем заключается ее идея. Он же, как истинный ученый, проникается необходимостью временно ограничить свою свободу передвижения и тихо наслаждается возможностью работать в нарисованной лаборатории, а специалист Отдела Тайн продолжает свои исследования.
— И?
