– За отдельную плату, – вмешалась хозяйка. – Нам хотя бы тысяч сто за нее выручить.
– Сколько?!
– Да вы знаете, во что она нам обошлась?!
Во избежание драки отвожу Кузякина в сторонку. Шепчу ему на ухо, что встройка бешено дорогая и я видела в «Итальянских кухнях» точно такую же в три раза дороже. А эта новенькая, поэтому надо приплатить, внакладе они не останутся.
– Да зачем она им? – поражается он. – Ведь тут все по размеру подогнано? Куда они ее денут, если выдерут?
– В том-то все и дело, что никуда, – уверяю я. – Поэтому в ваших интересах воспользоваться ситуацией и за копейки купить у них добротную вещь.
Кое-как уламываю его. А хозяйка на радостях обещает подарить ему бра в прихожей и люстру в спальне. «Люстра» – это звучит гордо для того светильника, но на халяву, как говорится… Кузякин почти до волен.
– Доча, в маленькой комнате не встанет моя мебель, – сокрушается мамаша мадам Кузякиной.
И это говорится в тот момент, когда дочка озадачена незастекленным балконом! Старая калоша!
– А посмотрите, какая удобная тут кладовая, – пою я соловьем. – Между прочим, в соседнем подъезде в одной из квартир из нее сделали кабинет.
– А соседи снизу, – вторит мне хозяйка, – оборудовали комнатку для своего дедушки.
Тонкий намек старуха улавливает мгновенно.
– Хотя комод можно выкинуть, – бормочет она, – раз у меня будет встроенный шкаф, на кой он мне сдался?
Квартиру облазили вдоль и поперек, осмотрели трубы, краны, выторговали «бошевский» холодильник по сходной цене, договорились о замене трех плиточек в туалете. Попили чая, выспросили всю подноготную соседей. Осмотр длился два с половиной часа. Это был мой личный рекорд.
Чтоб этих Кузякиных затопила «скромная пара сверху»!
Наконец едем в офис оформлять задаток. Кузякины перемигиваются, я пытаюсь собраться с силами, чувствуя, что почти сошла с ума от этого семейства.
Говорят, что за смирение воздается сторицей. У меня все получилось! Я довезла Кузякиных до офиса и заволокла к юристам! Там мы пробыли всего лишь каких-то полтора часа. Все договоры они перечитывали по два раза, сначала господин Кузякин, затем его жена, потом их мамаша.
Юристка после их ухода выкурила две сигареты в три затяжки и накапала себе пустырника.
– Где ты их взяла? – с ужасом спросила она.
– А что, бывают какие-то другие? – спросила я и, пошатываясь, пошла на выход.
Масюков, душа-человек, дождался окончания сделки, пригласил меня в кабинет и сразу же выплатил мне вознаграждение. Это была победа! Победа над безденежьем, Мариной Петровной и ее подлипалой Бочкиной, над обстоятельствами, которые оказались на этот раз чуть ниже моего профессионализма.
Алина поздравила меня от всей души. И сказала, что видела «репортаж с места событий», в котором мелькнула моя физиономия, заснятая при вручении турпутевки.
– Я не искала этой славы, – словами поэтессы отшутилась я.
И вернула Алине поздравления, ибо Раиса успела мне шепнуть, что у Никитиной «ушел» офис в центре города.
– Да, ты знаешь, повезло, – призналась Алина. – Была в гостях у подруги, она пожаловалась, что муж никак не может подобрать подходящее помещение под художественный салон. Я вспомнила про наш «висяк» в переулке Майорском, рассказала о нем. И вот…
– Какая ты молодчина! Всем бы такие «и вот…»! – сказала я.
Алина сегодня заработала в три раза больше меня, и я ее поздравила от чистого сердца. Она не кичилась своим успехом, не выпячивала своих связей, позволяющих проворачивать такие сделки. Она делала свою работу легко, изящно и с огоньком. Я ее за это уважала.
– Ну что, тебя сегодня за чемоданом ждать? – спросила она. – Или опять на свидание помчишься?
– Ждать, – сказала я. – Времени в обрез, ничего не успеваю!
А через пять минут позвонил Артур. Извинился, что вчера не вышел на связь, стал умолять о встрече. Его голос источал мед, и меня бросило в краску от воспоминаний.
– Вообще-то я обещала сегодня приехать к подруге на чашку чая, – нерешительно протянула я.
– Да без проблем, я не собираюсь играть роль тирана и узурпатора. Но, может, попьем хотя бы кофе, а потом я подброшу тебя к подруге?
Тут я вспомнила, что так и не завезла в «Пять океанов» свои фото, и по-хорошему надо было визу оплатить, если я все еще хочу попасть на расчудесный курорт Гоа. Теперь, когда я заработала деньги, можно было не обращаться за по мощью к Марку.
Артур, услышав о моих трудностях, вызвался поработать шофером на полную катушку. Очень кстати.
Он забрал меня с работы, отвез в турфирму, подождал, пока я освобожусь. После чего мы заехали в очень милое заведение – прелестную французскую кофейню. Там я выпила две чашки обалденного кофе, слопала фруктовый десерт и воздушное пирожное. С сегодняшними стрессами мне были необходимы калории и приятные ощущения. Эндорфины заиграли в моем организме, и я стала смотреть на жизнь более благосклонно.
