В самом начале Джим Лоренсен склонялся к тому, чтобы спустить историю на тормозах. Представители "Инкваирера" не считали Уолтона авантюристом, "подстроившим" похищение в сговоре с коллегами. По их мнению, это мог быть какойто необъяснимый случай коллективного заблуждения, нечто, связанное со странностями человеческой психики.
В ответ на нападки в связи с результатами первого теста на полиграфе Лоренсен заявил, что и этот тест можно было бы считать положительным, если бы не выводы оператора, которые свидетельствуют о непрофессиональном подходе Маккарти.
Джерри Кларк в своей книге не соглашается с Лоренсеном: "Возможно, это и верно, но мало относится к делу". Учитывая принцип, лежащий в основе испытаний на полиграфе, можно усомниться в верности оценки, данной Лоренсеном. Кроме того, можно предположить, что Лоренсен был не слишком откровенен с публикой. Много лет Лоренсен вместе с АПРО обвинял правительство в подтасовке фактов с целью замолчать правду, но, как оказалось, он и его организация занимались тем же.
Что касается Класса, то он вдруг попытался доказать, что бригадир Роджерс, оказавшись в очень затруднительном положении - его бригада не справлялась с работой, предусмотренной контрактом, - и стремясь избежать санкций, придумал инсценировку похищения. И главная роль в этой мистификации якобы досталась Уолтону. Ссылаясь на форсмажорные обстоятельства, Роджерс будто бы рассчитывал выкрутиться.
В действительности в те времена санкции за нарушение контракта не были особо суровыми. Хотя лесорубы и не выполнили контракт, это не повлияло на взаимоотношения Роджерса с лесничеством. Так что объяснения Класса кажутся абсурдными, впрочем, он часто прибегает к такого рода домыслам. Хотя за многими сайтингами НЛО просматривается денежный интерес, эта версия кажется совершенно несостоятельной.
Но Класс не единственный, кто, придумав версию и развивая ее, не заботится о доказательствах. Например, Уолтон в своей книге пишет: "Филип Класс связан с военными и авиацией, являясь редактором "Авиэйшн Уик" и "Спейс Технолоджи". Памятуя о его склонности к очернительству, широкому использованию пропагандистских приемов, многие в уфологическом сообществе давно подозревают, что он состоит на службе в каком-либо из правительственных ведомств, заинтересованных в распространении дезинформации, дабы дискредитировать идею существования НЛО. Он это отрицает, но возможно ли в подобной ситуации ожидать иного?"
Далее Уолтон высказывается еще более определенно: "Мне часто доводилось слышать эту версию. Это вполне вероятно, однако до сих пор я не вижу веских доводов в подтверждение ее. Впрочем, даже если подозрения относительно Класса справедливы, мы вряд ли когда-нибудь получим доказательства".
Надо сказать, что среди уфологов бытует верный способ дискредитации человека - обвинить его в сотрудничестве с правительственными ведомствами. Всякий, кто когда-либо писал или читал лекции об НЛО и высказывал нелицеприятное мнение, обязательно был заклеймен как правительственный агент.
Уолтон играет на такого рода умонастроениях, популярных у определенной части уфологического сообщества. В его книге то и дело появляется таинственный человек со счетчиком Гейгера, раздаются таинственные звонки, вольнодумец, имеющий дело с пришельцами, слышит угрозы, исходящие от властей. Все это формулируется весьма расплывчато: "Отставной офицер ЦРУ предостерег семью, указав на возможность вмешательства со стороны правительства". По замыслу автора, все эти пассажи должны восприниматься как еще одно подтверждение реальности событий: правительство не стало бы тратить силы на борьбу с мистификациями.
Разумеется, все эти домыслы совершенно беспочвенны. Если правительство когда-то и вело наблюдение за уфологами и очевидцами сайтингов НЛО, оно давно отступилось от этой затеи. В этом есть немалая заслуга самих уфологов, многих параноиков и чудаков, затесавшихся в наши ряды. Самое разумное - предоставить нас самим себе и выжидать, когда произойдет наше окончательное самоуничтожение. Уолтон так яро демонстрирует параноидальность и одержимость некоторых уфологов, рассказывая о них в своей книге, что можно предположить - "ожидание" не будет долгим.
В данном случае невозможно допустить нейтральной версии. История Уолтона - либо правда, либо вымысел. Противоречия, связанные с полиграфом, исключают возможность делать определенные выводы. Аргументы обеих сторон не лишены смысла, но итоги таковы: Уолтон провалил первый тест и в лучшем случае, еле-еле выдержал второй. Пытаясь оценить результаты теста, мы должны обратиться к толкованию, данному операторами.