Штаб воздушной армии основное внимание должен был уделить обеспечению ввода в прорыв 3-й гвардейской танковой армии, ее действий в тактической и оперативной глубине обороны противника. По приказу генерала Н. Ф. Науменко на поддержку и прикрытие танкистов были выделены большие силы: 120 штурмовиков, 112 бомбардировщиков и 200 истребителей.
Перед началом боевых действий танковой армии генералу Саковнину своевременно стали известны пункты дислокации танковых бригад. Истребители надежно прикрыли танки во время марша на выжидательные и исходные позиции. Как ни высматривали с целью контроля свои разведчики - не смогли обнаружить "коробочки". Оставалось ждать сигнала, чтобы авиационные полки направились в заранее намеченные районы для прикрытия.
Но неожиданно поступил другой сигнал от генерала Д. Д. Попова, заместителя командующего воздушной армией, который теперь находился у танкистов. Танковые батальоны одной бригады укрылись в роще, замаскировались, готовились к атаке. Вражеские разведчики не раз пролетали над рощей и не заметили ничего подозрительного.
Пространство вокруг было безлесным, и роща сама по себе привлекала внимание. Утром один фашистский разведчик бросил здесь наугад несколько бомб. Две запылавшие машины демаскировали танковые подразделения.
Это стало известно представителям Ставки.
- Жди сейчас "юнкерсов", - в сердцах произнес маршал Жуков.
Звонок генералу Саковнину на КП штаба воздушной армии последовал немедленно. Саковнин с полуслова понял обстоятельства. Необходимо было действовать молниеносно.
- Будет исполнено, - коротко ответил он, уточнив лишь у Попова координаты злополучной рощи.
И сразу вопрос оперативному дежурному майору Кандаурову:
- Орляхин еще не взлетел?
- Нет, штурмовики на подходе к его аэродрому.
Дежурный по узлу связи явился к начальнику штаба в ту минуту, когда генерал только закончил писать текст радиограммы командиру 171-го истребительного авиаполка: "Отставить сопровождение. Следовать в квадрат 505,4. Сто третий".
Пять четверок "лавочкиных" 171-го Тульского истребительного авиаполка перехватили немецких бомбардировщиков на подходе к роще и стремительно атаковали. Разумеется, ведущие капитан Григорий Трубенко и старший лейтенант Константин Соболев, командир звена Алексей Нестеренко, летчик Юрий Иванов - любой из группы не думал в эти мгновения о том, что десятки напряженных взглядов обращены на их "лавочкины", появившиеся над вражеским строем, что там внизу, на КП 63-й армии и фронта, нервно сжимают кулаки военные в генеральской форме.
Летчикам не довелось увидеть, как улыбнулся строгий маршал, когда близ КП упал один, а вслед за ним и другой "лапотник", но участники вылета заметили, что бомбы, сбрасываемые впопыхах с "юнкерсов", разрывались в стороне от рощи. Вскоре истребители услышали в наушниках шлемофонов голос Соболева, докладывающего командиру полка: "Задание выполнено. Потерь нет. Идем домой".
Ввод 3-й гвардейской танковой армии в прорыв, как об этом докладывал Ставке маршал артиллерии Н. Н. Воронов, был осуществлен своевременно и достаточно организованно.
Такие же сведения получил по радиотелеграфу командующий Брянским фронтом генерал-полковник М. М. Попов от генерала П. С. Рыбалко, докладывавшего об успешном начале действий танкистов. В заключение следовало обычное: "Продолжаю наступать".
Успех танкистов сказался быстро: 20 июля противник оставил Мценск. Прикрывая свой отход, он бросил с утра против главных сил Брянского фронта, в том числе против танковой армии, большое количество авиации. Но наступление не останавливалось. Заслоны истребителей всюду встречали вражеских бомбардировщиков.
21 июля, выполняя директиву Ставки, 3-я гвардейская танковая армия повернула к югу на Становой Колодезь, в полосу 63-й армии. Танкисты успешно справились со своей новой задачей. Они сломили сопротивление противника в районе Станового Колодезя и на всем южном крыле Брянского фронта.
Командующий 15-й воздушной армией противопоставил авиации противника преимущественно силы 1-го гвардейского истребительного авиакорпуса. То тут, то там в воздухе возникали ожесточенные бои.
20 июля советские истребители атаковали двадцать "юнкерсов", прикрытых двадцатью пятью "фокке-вульфами".
Начала бой в районе Спасское десятка Ла-5 Героя Советского Союза Андрея Федотова. В ней был ведущим шестерки подполковник Николай Иванов. Основная цель - "юнкерсы". Удар по ним завершился девятью сбитыми вражескими бомбардировщиками. Одновременно завязались воздушные бои с "фокке-вулъфами". Двоих уничтожил А. П. Маресьев, одного И. М. Березуцкий и одного А. А. Федотов.
Четыре "яка" зашли со стороны солнца на группу фашистских истребителей. При выходе из атаки летчики услышали голос ведущего лейтенанта М. Л. Сидоренко: "Сзади "лапотники", за мной!"
Первой же очередью Сидоренко зажег Ю-87. У "юнкерсов" было большое прикрытие, но они сразу повернули назад. Истребители продолжали бой с "фокке-вульфами", а на пути к своему аэродрому атаковали еще группу Ме-110.
