В новом романе знаменитой Джеки Коллинз читатели снова встретятся с тремя подругами — журналисткой Мэдисон Кастелли, совладелицей дизайнерской фирмы Джеми Нова и популярной телеведущей Натали Де Барж. В жизнь каждой из них, на первый взгляд вполне благополучную и яркую, врываются события неожиданные и тревожные, которые меняют все не только в настоящем, но и заставляют по-новому взглянуть на собственное прошлое.
— Можешь вспомнить, когда тебе было лучше всего в постели с мужчиной? — спросила Джеми Нова у своей самой близкой подруги Мэдисон Кастелли.
Двадцатидевятилетняя Джеми была чудо как хороша! Невероятной красоты, гибкая словно лоза, блондинка с безупречной, как у породистой собаки, родословной, она являла собой эдакую помесь молодой Грейс Келли и современной Гвинет Пэлтроу.
— Что? — переспросила Мэдисон, кинув быстрый взгляд в сторону соседнего столика. Они сидели в переполненном зале ресторана на Манхэттене. Однако парочка, что ужинала по соседству, была слишком увлечена собственным разговором и не услышала, надо признать, довольно-таки бесстыдный вопрос Джеми.
— Понимаешь, о чем я говорю? — Джеми откинула со лба светлую прядь. — Я имею в виду такой секс, чтобы глаза в кучу, такой секс, чтобы мозги из ушей… Восхитительно грязный, замечательно непотребный, потрясающе разнузданный секс. Когда ты знаешь, что этого мужика не увидишь больше никогда в жизни, но сейчас — сейчас! — делаешь все. Абсолютно все! — Джеми издала долгий мечтательный вздох.
— Ну-у… — протянула Мэдисон, недоумевая, куда клонит Джеми, ее задушевная подружка и неизменная соседка по комнате в течение всех лет учебы в колледже.
— Давай же, рассказывай! Не корчи из себя девственницу! — нетерпеливо настаивала Джеми.
— Ну… — Мэдисон немного подумала и наконец решилась: — Было дело. В Майами. Отец повез меня туда на каникулы. Мне было шестнадцать, а мужику — сорок пять. Типичный стареющий плейбой со всеми полагающимися прибамбасами: пентхаус, «Порше», порнокассеты…
— Порнокассеты! — эхом повторила Джеми, с притворным ужасом закатывая глаза. — Не очень-то это сексуально.
— Могу тебя уверить в обратном, — тоном классной дамы возразила Мэдисон. — Гигантская кровать с водяным матрасом, усыпанная лепестками роз, хрустальный кувшин с шампанским, ломтики свежих персиков, ароматное масло для тела и… — Для пущего эффекта Мэдисон сделала паузу и торжествующе закончила: — И чрезвычайно умелый язык!
— О господи! Опять этот «умелый язык»! — разочарованно воскликнула Джеми. — С кем ни заговоришь, только о нем и слышишь!
— Да что это с тобой сегодня? — недоуменно вздернула брови Мэдисон. — К чему эти разговоры? Ты ведь замужем, а насколько мне известно, после того, как выходишь замуж, секс становится не более чем туманным воспоминанием.
— Очень смешно, — с мрачным видом проговорила Джеми.
— Да ладно тебе, я просто пошутила, — миролюбиво сказала Мэдисон. Она чувствовала, что в раю, в котором обитает ее подруга, сгустились тучи, и что-то не заладилось. Все, кто знал Джеми и ее знаменитого мужа Питера, называли их не иначе как «золотая парочка». У них было все, о чем только можно мечтать, и все же в этот день Мэдисон почувствовала приближение бури.
— Так что случилось? — спросила она, перегнувшись через стол. — Рассказывай.
— Ну, — Джеми прикусила нижнюю губу, — вчера вечером мы были на вечеринке, и вдруг разговор зашел о… — Она замялась.
— О чем? — понукала подругу Мэдисон.
— О том, кто и когда получил наивысшее наслаждение от секса, — пояснила Джеми, рассеянно ковыряя вилкой в салате. — И у каждого нашелся по-настоящему хороший ответ.
— Правда? — с любопытством переспросила Мэдисон.
— Естественно, когда настал мой черед, я сказала, что мне было лучше всего тогда, когда у нас с Питером это случилось в первый раз. Рассказала им красивую, романтичную историю, которая заставила всех охать и ахать. А когда очередь дошла до Питера, он вдруг притих, промычал, что он не может припомнить, и поспешно сменил тему.
— Может, он просто стеснялся?
— Питер? Стеснялся?! Нет, — Джеми решительно тряхнула волосами, — только не он!
— Он был пьян?
— Ни капельки.
— Так… В чем же дело? — озадаченно спросила Мэдисон.
— Мне кажется, он завел роман на стороне! — выпалила Джеми.
— Да ладно тебе! — воскликнула Мэдисон. — Вы женаты-то всего три года! Уверена, твой муженек еще не успел соскучиться.
— Вот уж спасибо! — возмущенно фыркнула Джеми. — А с чего ты решила, что он вообще когда-нибудь соскучится?
Действительно, подумала Мэдисон. Разве может мужик соскучиться, если рядом с ним такая женщина, как Джеми! Она — само совершенство, и это известно всем. Кроме того, трудно поверить, что какой-нибудь мужчина осмелится обманывать Джеми.
Однако мир далек от совершенства, а большинство мужиков — лживые псы, так что, возможно, Джеми права и Питер действительно оттачивает свое мужское достоинство у какой-нибудь из их соседок.
— А с чего ты решила, что Питер ходит налево? — поинтересовалась Мэдисон.
— Интуиция. И еще то, что мы с ним не трахались уже две недели.
— Боже правый, целых две недели! — притворно ужаснулась Мэдисон. — Господин президент, нужна подмога! Срочно высылайте морскую пехоту!
