Сквозь темноту и покой, окутавших погрузившегося всего на минуту в сон Мишу, раздалась пронзительная трель ударов. Стихла и затрещала снова, но гораздо громче. Михаил со стоном разлепил глаза: – Что это?…
Он не сразу понял, где находится. Ощупал землю рядом. Ужасная трель возобновилась, отчего у мужчины подпрыгнули внутренности.
– Да что же это, чёрт побери? – выкрикнул озлобленно Михаил и с трудом поднялся на ноги.
Тут он заметил, что почти над самой его головой, на дерево уселся дятел и уже успел выдолбить в коре ямку размером с куриное яйцо. Дятел бесстрашно посмотрел на мужчину, затем учтиво склонил перед ним головку с красивым алым хохолком и перемахнул на другое дерево.
За спиной Миши раздалось сиплое натужное дыхание, и белёсые яблоки глаз ещё ближе подступили к нему. Слабое свечение выхватило из темноты отвратительную вытянутую физиономию владельца глаз и открытый оскал её клыков.
Не замечая движения сзади, Миша уставился на дятла. Что бы это значило? – думал он. Дятел выдал новую звонкую трель и опять уставился на мужчину, словно ожидая от него ответной реакции.
За Мишиной спиной вытянулась синюшная рука с большими узловатыми пальцами. Совсем близко, почти достав его плеча.
Дятел вспорхнул и перелетел ещё дальше от Миши, к следующему дереву. Он сел на него и вновь повернул к мужчине голову. Где-то я уже подобное видел, – подумал Михаил. – Да и чёрт с тобой!
Мужчина решительно шагнул вперёд, и рука за его спиной загребла пустой воздух. Раздалось рассерженное хрипение, но спешащий за дятлом мужчина не мог его слышать.
***
Крос бежал редким перелеском, то и дело останавливаясь и прислушиваясь к звукам в ночи. Луна светила ему в спину и когда великан застывал на месте, гигантская тень ложилась на землю. Словно эскиз гигантского воина.
Он втянул носом воздух, подождал и затем улыбнулся: – Гобоян! Ты как всегда вовремя.
Крос сжал в ладони удобную рукоятку ножа и побежал дальше.
***
Михаил снова продирался сквозь лес, обдирая руки и ноги в буреломе. Снова падал и поднимался. Однако теперь, откуда ни возьмись, у него появилась надежда. Призрачная, но другой и не предложили. Надежда оказалась связанной с небольшой красноголовой птицей, что перелетала с дерева на дерево, ведя Мишу за собой.
Ещё пару дней назад и в иных обстоятельствах он счёл бы это признаком шизофрении, но здесь и сейчас всерьёз рассчитывал на то, что дятел делает ни что иное, как указывает ему нужный путь. Поэтому мужчина спешил напролом и молился лишь о том, чтобы птица не бросила его раньше, чем он выберется из ненавистного леса.
Наконец дремучая чаща расступилась, и Миша вывалился на долгожданный простор. Над головой искрило звёздами небо, а на земле под ветром качались стебли дикой полыни и одуванчика. Он упал на колени и стал целовать землю, отплёвываясь от пыли. Дятел протрещал ему напоследок прощание и скрылся назад в лес.
Миша перекатился на спину и лёг лицом к небу. Ещё несколько минут назад он не верил, что спасётся. Заблудившиеся могли шастать по чаще днями. Он слышал об этом, хотя сам никогда прежде не попадал в подобный переплёт. И теперь надеялся, что полученный урок послужит ему ярким примером на всю жизнь. Безрассудное поведение едва не стоило ему собственной шкуры. Впредь, стоит всё трижды взвешивать, прежде чем действовать. Впрочем, ночь лишь началась, то ли ещё будет… Мужчина поднялся на ноги и пошёл от леса в сторону. Теперь искать укрытие придётся в полях, в чащу он больше не сунется.
Краем поросли дикой травы он дошёл до неглубокой низины, куда и стал спускаться. Вскоре Михаилу послышался плеск воды, и он прибавил шагу. С детства матушка учила Мишу, что вода – это спасение. Источник жизни, который всегда придёт на помощь прогнать усталость и постыдные грехи, – говорила она. – Вода это твой верный товарищ.
Товарищ сейчас очень даже не помешал бы, – подумал мужчина. Но самое большее чего он желал, это утолить жажду. Внутри глотки пересохло до того, что слипалась кожа. Михаил не заметил, как почти побежал под уклон покатой возвышенности.
Вскоре действительно показался небольшой пруд. Миша скинул рубаху и нырнул в чёрную воду у берега. Он плескался и пил, ничуть не заботясь о микробах. Здешняя природа казалась первобытным оазисом, лишённым опасных для жизни мутаций.
Очистившись от минувших страстей, Михаил вылез на берег, растёр ладонями холодную кожу и быстро одел рубаху обратно. Вот кайф! – справедливо констатировал он и впервые за вечер улыбнулся.
Он уже собрался было идти дальше, как услышал плеск в отдалении. После чего до него донесся звонкий девичий смех. Миша замер и уставился на воду. Посередине пруда на поверхности показались голова и голые плечи длинноволосой девушки. Она вновь рассмеялась и помахала мужчине рукой, в которой блеснул большой мокрый гребень. Михаил потёр глаза. Девушка не исчезла.
– Вы…, – Миша вытянул по направлению к ней палец, но так и не смог выдавить из себя что-нибудь толковое.
