Летящие сквозь мгновенье: Коллективная повесть. (Советская научно-фантастическая повесть-буриме. Том II). — Б.м.: Salamandra P.V.V., 2014. - 105 с., илл. — (Polaris: Путешествия, приключения, фантастика. Вып. XLVII).Новый двухтомник в серии «Polaris» представляет любопытное явление в истории советской фантастики шестидесятых годов — повесть-буриме. Впервые после экспериментов 1920-х советские авторы решили объединиться для создания произведений, которые, пожалуй, больше говорят о времени, чем о них самих…Во втором томе издания публикуется повесть восьми писателей-фантастов «Летящие сквозь мгновенье», впервые напечатанная в 1966–1967 гг. в журнале «Техника — молодежи».
POLARIS
ПУТЕШЕСТВИЯ ПРИКЛЮЧЕНИЕ ФАНТАСТИКА XLVII
Есть такая игра — «буриме». Сначала ее участники сообща придумывают несколько забавных разнородных рифм, а затем поочередно, «по кругу», оснащают их веселыми строчками.
В позапрошлом веке увлечение «буриме» захлестнуло буквально всю Францию, а сто лет назад знаменитый Александр Дюма выпустил целую книгу «буриме», представленную… 350 авторами!
«А что, если старинный фрегат “буриме” оснастить современными “научно-фантастическими парусами”?» — задумались мы. Так в клубе любителей фантастики возникла идея предложить группе советских писателей-фантастов сыграть в «фантастическое буриме» — написать коллективную повесть.
Статут «буриме» прост и состоит в следующем:
а) каждый предыдущий «игрок» не знает, что будет писать последующий;
б) нельзя убивать сразу всех героев;
в) следует даже на журнальных страницах избегать возможности непосредственного соприкосновения с антимиром (аннигиляция — страшная штука!);
г) писать надо интересно, но понятно.
Повесть будут писать ю-12 писателей-фантастов: Анатолий Днепров, Ариадна Громова, Михаил Емцев и Еремей Парнов, Север Гансовский, Владимир Григорьев, Александр Полещук, Александр Мирер и другие.
Каждый из них пишет свою главу, которая печатается в очередном номере журнала.
В этом номере журнала герои необычной повести начинают жизнь, полную приключений и научно-фантастических загадок. Развязка поджидает их через восемь-девять номеров. Итак, первая глава…
Авторы первой главы: Михаил Емцев и Еремей Парнов.
Оно настигло Питера Брейгена в «Казино-рулетт». Шарик остановился против черной семерки. Питер едва заметно вздрогнул. Ладони стали влажными и жаркими. Он знал, что выпадет именно этот номер. Точнее, когда шарик остановился против семерки, Питер понял, что знал это заранее. Он прикрыл глаза и ясно увидел бегущий шарик. На латунной крестовине рулетки метались световые блики. Мелькнул ледяной манжет крупье. Перстень сидящей напротив дамы вспыхнул колючей звездой. Шарик остановился на красной 25. Питер открыл глаза. Лимб еще вращался. Шарик, как крохотная планетка, летел вокруг желтого крестообразного солнца. Он остановился на красной 25. Питер судорожно сжал в кармане фишки и вновь прикрыл глаза.
Красная 34. Он поставил все на номер и цвет. Шарик остановился на красной 34. Костяная лопатка миниатюрным бульдозером надвинулась на Питера, подгребая к нему груды разноцветных фишек. Кто-то тихо ахнул. Питер ослабил галстук и расстегнул пуговку.
Красная 30. Он опять бросил все на номер и цвет. Шесть коротких и стремительных заходов белого бульдозера, и валы пластмассовых дисков отгородили Питера от стола, как стены неприступного форта.
Он не слышал ни шума, ни шепота. Не чувствовал горячего дыхания стоящих за спиной людей.
Черная 11. Он хотел вновь бросить в атаку все войска. Но вдруг передумал и поставил несколько фишек на другой номер. Выпала черная
Питер прошел в бар. Лениво следил, как тяжелый джин мутными струями оседает в бокале мартини. Бармен бросил лед. Крохотный айсберг закачался в круглом и тесном океане. Питер зажмурился и вытер платком разгоряченный лоб. Айсберг превратился в белый шарик.
Черная 17. Питер резко отодвинул бокал. Маслянистая капля упала на черное зеркало стойки. Тихо звякнул о тонкое стекло лед. Питер бросился к лестнице. Задев кого-то плечом, проскользнул в зал. Шарик еще бежал. Потом остановился… на черной 17. Питер тихо засмеялся и почувствовал, что напряжение оставило его. Медленно покинул зал. С застывшей улыбкой на потном лице дотащился до бара. Выпил свой коктейль. Потом попросил чистого джина:
— Сухой и обязательно гордоновский. Льда не надо.
Поднес рюмку к губам. Но пить почему-то не стал. Расплатился и вышел на улицу.
В нефтяной реке улицы Крюгера плясали золотые и красные змеи, С шелестом проносились одинокие автомобили. Питер глубоко вздохнул и стал смотреть на небо. Запрокинув голову, следил он за медленным мерцанием звездной пыли. Над Преторией плыл аромат цветущих палисандров, неслись далекие холодные миры, мигающей зеленой точкой заходил на посадку очередной «супер-констеллейшн» или «боинг».
В ночном клубе напротив еле слышно попискивала музыка.
