— Если ты медальку получил, это не значит, что я буду перед тобой стелиться, — прошипел он.
— Если так будешь себя вызывающе вести, я тебя заставлю передо мной стелиться, — оскалился я. — Уж поверь, так и будет.
— Пустые угрозы, — улыбнулся уголком рта Шепелев.
Ну да, пустые, как же. В его взгляде промелькнул страх. Затем подоспели и мои друзья.
— Эй, ты чего тут делаешь? А ну, пошёл отсюда! — выкрикнула Юленька, обращаясь к Шепелеву.
— Да-да, вали! — ответил резко Мишка.
— Крути педали, пока не дали, — процедил Илья, самый рослый из нашей компании. Хотя даже он был на полголовы ниже Шепелева.
— О, группа поддержки припёрлась, — хохотнул Шепелев. — Ладно, девчонки, увидимся в другой раз.
Этот придурок прошёл мимо, вновь намереваясь меня толкнуть плечом, но в последний момент передумал. Вот что значит сила внушения.
— Надо этого придурка как-то наказать, — пробурчал Мишка, провожая мрачным взглядом Шепелева.
Юля прожевала половину сосиски в тесте. Затем замычала, замахала руками.
— М-м-м! Я знаю, что делать. Выпустить этой тварине кишки. Голову насадить на копьё и поставить его у входа в Академию. Чтоб другим неповадно было нападать.
Я аж икнул от удивления. Градус жестокости у бестии резко вырос. Или я просто отвык за лето от её шуточек?
— Юля, это уже перебор, — ответил я. — Мы же не в средневековье.
Ой, чуть не ляпнул про эру Логанов. В моём мире это и отражало эру средневековья.
Так бы запросто спалился!
Нет, раскрываться перед Мишкой и Юлей ни в коем случае нельзя. Они слишком мелкие. Подобные знания не следует доверять детям, как бы мы ни дружили.
У них нет такого серьёзного уровня осознанности, как у меня. А если вдруг кто-то из них проболтается своим родителям⁈ А те, в свою очередь, обязательно передадут бате с маман. Если это случится — ко мне изменится отношение семьи. Ещё бы — взрослый незнакомый мужик в теле их мальчика. Ведь они именно так это воспримут.
Нет уж, мне этого совсем не хочется.
Чуть позже, просидев ещё три унылых урока, я вышел из школы. И увидел Игоря на территории, а рядом Акулыча. Значит, он захотел своими глазами посмотреть на то место, где происходит мощная социализация.
— Это твой родственник? — спросил меня Мишка.
— Ага, именно так, — подошёл к нам Акулыч, улыбнувшись. — Я двоюродный брат Серёжи.
Да, за последние полтора месяца Акулыч настолько очеловечился, что даже я порой себя ловлю на мысли: «А может, он совсем не монстр, и я это всё придумал?»
— Ты не говорил, что у тебя есть двоюродные братья, — удивилась Юленька, критично посматривая на Акулыча.
— Да мы с семьёй просто на Дальнем Востоке живём, — улыбнулся акулоид. — Вот, я решил приехать. Как говорится, покорить столицу.
— Ага, все так говорят, — ехидно заметила Юленька. — А потом столица покоряет их. И выжимает досуха.
— Да ну, у нашей семьи так знакомые обосновались, — ответил Мишка. — Уже свой бизнес. Вовсю развиваются.
— Так я про слабых говорю, — ответила Юленька, продолжая пристально смотреть на Акулыча. — Москва сжирает слабых. Походу твой братец один из них…
Я прыснул со смеху. Если бы она знала… Ну ладно, всему своё время, потом узнает.
Я ментально приказал растерявшемуся Акулычу не вступать больше с бестией в диалог и повёл его к машине.
— Пока, ребята! — махнул я Юленьке, Мишке и Илюхе.
— Я вообще не понял, почему она на меня наехала? — начал тихо возмущаться Акулыч. — Слабаком обозвала…
— Успокойся, она со всеми, кого не знает, так разговаривает, — ответил я, когда мы уже миновали проходную и сели в машину.
— Да всё равно обидно, — пробормотал под нос Акулыч.
— Забей, она просто не в настроении, — объяснил я. — А так — вполне хорошая девчонка.
— Ага, из неё девчонка — как из меня монах Шаолиня, — хохотнул Акулыч.
— Не зная человека — не делай поспешных выводов, — дал я очередной совет акулоиду.
В последнее время подкармливал его такими советами, чтобы ускорить его очеловечивание. На некоторые советы он задавал вопросы, и у нас начинался диалог. Иногда не очень простой. Но в данный момент он уже почти не задавал наивных вопросов. Всё-таки база знаний у Акулыча благодаря усиленному обучению уже серьёзная.
Зверинец, на следующий день.
Свершилось! Наконец-то Иннокентий Павлович выбил разрешение сводить наш класс в Зверинец.
Когда мы прошли через знакомую тётку, которая запретила нам проходить, умник показал разрешение от директора, заверенное имперской службой безопасности.
Конечно и я тоже подсобил в этом вопросе. Как же без меня. Но и умник постарался, распинаясь перед упрямым директором о пользе такого похода. Всё-таки вокруг открываются разломы, и каждый из нас может оказаться на месте прорыва.
Экскурсия в Зверинец просто необходима. Хотя бы для того, чтобы не растеряться, а организованно покинуть зону, следуя в убежище. Так говорил Иннокентий Павлович, а я наблюдал за разговором, используя змейку.
— Ого! — вскрикнул Мишка.
— Тише, — остановил его Иннокентий Павлович. — Это Кугул, он остро реагирует на любой шум. И рядом с клеткой нельзя шуметь.
