Знойный денек, отходящий поезд, следователь по особо важным поручениям, дорожная встреча с сыном лучшего друга и удивительная история о таинственном убийстве зловредной старушки. На кону счастье и покой целой семьи. Неужели убийца кто-то из домашних? И постигнет ли его заслуженное наказание?
На привокзальной площади было как всегда шумно и многолюдно. Новенький паровоз стоял под парами. Разноцветные вагоны радовали глаз: синие – вагоны первого класса, сверкали свежей краской и блестящими новенькими колесами, желтые и вишневые, второго класса, были уже не столь новыми, кое-где потертыми и поцарапанными, со стоптанными ковриками на ступеньках, а зеленые, третьего, использовались, явно чаще остальных, но отмытые до идеальной чистоты, не уступали своим собратьям. До отправления оставалось каких-то полчаса. Следователь по особым поручениям Главного Управления Жандармерии Павел Петрович Якушев шел не спеша к вагону первого класса. Когда-то в молодости, будучи совсем юным городовым, он даже в мыслях не имел, что когда-нибудь сможет вот так ехать на поезде, да и поезда тогда еще не ходили. Чтобы выполнить очередное задание, приходилось добираться и на лошадях, и в санях, и в почтовых повозках, и наемных колясках, не взирая ни на снег, ни на дождь. Всякое бывало в насыщенной событиями жизни. С годами, он полюбил путешествовать с удобствами, если позволяли обстоятельства. Трудолюбие и неуемное любопытство помогли ему дослужиться до солидной должности следователя по особым поручениям. При этом он не утратил веры в людей, оставался спокойным, внимательным и уравновешенным, очень ценил жизнь, не только свою, но всех людей, с которыми волею случая, сводили обстоятельства. Дома и на службе к нему относились с уважением за его человеческие качества: он не стремился делать карьеру, не писал доносов, спокойно отдавал почести сослуживцам, стараясь держаться в тени. Важным для него оставалось всегда одно – знать правду. К своим наградам он не то чтобы был совсем равнодушен, но считал их просто итогом за выполненное поручение, не кичась и не выставляя напоказ. Получаемое жалование его вполне устраивало, оно позволяло жить удобно, не заботясь о мелочах. Вот и теперь, выполнив, как следует, весьма непростое задание по инспекции отдаленных губерний, он возвращался в столицу. Настроение было прекрасным. Наслаждаясь теплым вечером, огибая людское море, волнами наплывающее по перрону к вагонам, он с увлечением рассматривал сценки московской жизни.
Возле вагонов третьего класса была самая плотная толпа. Шла погрузка солдат под руководством бравого унтер-офицера. Какая-то толстая баба в цветастой юбке и такой же кофте что-то громко кричала городовому, который за ухо тащил сорванца лет одиннадцати, видимо пытавшегося что-то стянуть из кошелки толстухи, но был пойман с поличным. Другая тетка громко ругалась с носильщиком, заставляя его внести ее необъятные баулы в вагон. Студенты, стоявшие кучкой, громко смеялись, ожидая, когда же можно будет войти в вагон. Усталые семейные пары с бесчисленным количеством детей, плачущих и кричащих, постоянно дергающих своих матерей за руки. Шум стоял невообразимый. С трудом пробившись сквозь эту толпу, Павел Петрович стал обходить народ, спешащий занять свои места в вагонах второго класса. Здесь уже была другая публика. Средней руки купцы, с женами и детьми, разночинцы, барышни под присмотром своих матерей и теток бросающие украдкой взгляды на бравых офицеров, последние, в свою очередь, подкручивая усы, выпячивали награды и аксельбанты. Наконец, он подошел к своему вагону. У вагонов первого класса никакой толпы не наблюдалось. Да и в самом вагоне было совсем немного пассажиров. Мягкие диваны стояли поперек вагона лицом к лицу попарно у каждого окна. Оглядев своих попутчиков, Павел Петрович подумал, что если в последний момент, кто-нибудь не займет соседний диван, то за те почти двадцать часов пути, что идет поезд, он сможет выспаться как следует, ведь приятной компании для беседы пока не наблюдалось.
Методично разложив свои вещи, он устроился с большим удобством на мягком диване, обтянутом красным сафьяном, развернул газету и углубился в чтение.
– Добрый день. Извините за беспокойство. Видимо мы с Вами попутчики. Позвольте представиться, Головин Алексей Гаврилович. – Раздался приятный баритон.
– Несказанно рад, видеть Вас, Алесей Гаврилович!– Радостно произнес Павел Петрович, вставая с места, складывая газету и протягивая руку прибывшему.
– Павел Петрович! Какими судьбами? Счастлив видеть Вас в добром здравии!
Мужчины по-родственному обнялись, троекратно прижавшись щекой, друг к другу.
– Просто замечательно встретить такого попутчика! Я уж думал, что двадцать часов пути буду изрядно скучать. Как поживаете, Алексей Гаврилович?
– Благодарю Вас, все хорошо. Служба идет. Возвращаюсь в родную часть после командировки на Северный Кавказ. А как Ваши дела? Как жена? Как дети?
– Благодарю Вас, все замечательно. Я тоже возвращаюсь в родной город после длительной командировки по городам и весям. Дома не был почитай полгода. Устал. Но работа, есть работа. А Вы как долго отсутствовали?
– Да тоже, немало. Три года служил на Кавказе.
– Ну и как там? Неспокойно?
– По-разному бывало.
