Не порождая, как прочие, мерзкой и совершенно неуправляемой нейтронной радиации (уносящей большую часть энергии слияния, а, главное, крушащую вокруг себя все ядра атомов без разбора, делая вещество рядом радиоактивным), красотка Li6+D была главной претенденткой на роль "движка" для космических кораблей, осваивающих Солнечную систему. Впрочем, объект чекановских воздыханий, при всех своих достоинствах, был, как и большинство красавиц, с характером. Прямо сказать, недотрогой. Для пробуждения звёздного огня в упругих ладонях магнитных полей требовалась чудовищная температура, значительно большая, чем для зажигания термоядерных "огневушек" попроще, типа дейтерий-тритиевой, и ещё куча условий, среди которых цветы, конфеты и походы в кино не значились, а котировались подношения куда более, во всех смыслах, дорогостоящие. Но профессор всё-таки нашёл путь к огненному сердцу Аэлиты, после семи лет мучений и разочарований, с двухлетним перерывом. Это случилось в феврале 1985 года. А через месяц после этого…
Через месяц жизнь нанесла БВЧ жестокий, двойной удар. Сначала у него отняли уже покорившуюся Li6+D, закрыв тему термоядерного двигателя в ФИАНе. Ничто не могло помочь - всё было решено сверху, а его соавтор и однокашник по физтеху Семён Друзь подло предал Чекана, реактивно, за день, написав обоснование бесперспективности их работы. Как выяснилось позже - подкупленный снятием первой формы и возможностью отбытия на историческую родину…
11 марта 1985 года страну возглавил Горбачёв. Тему "Аэлиты" закрыли 14-го, как потом саркастично замечал Чекан, даже понедельника не дождались. "Русских на Марсе быть не должно"… впрочем, сейчас, в 2012 году, профессор придерживался уже более глобальной и страшной позиции. "ЛЮДЕЙ на Марсе быть НЕ ДОЛЖНО"… 14 марта 1985 года стало для БВЧ датой на неотомщённой могиле, той самой, что с пикой и зелёной тряпкой у некоторых, не обременённых цивилизацией народов Кавказа…
А ещё через две недели судьба вырвала у него и первую любовь. "Оптимистка и скалолазка", Люба навсегда осталась лежать под осыпью безымянного памирского ледника, при неудачной попытке зимне-весеннего восхождения на Пик Коммунизма. Хоронили пустой гроб.
