– Это не туман, а облака. Земли ты не чувствуешь, потому что выше семисот метров забралась. А уши болят, потому что барометрическую формулу надо было в школе учить, и не взлетать, как зенитная ракета. Так что спускаться будешь, аккуратно выровняй давление вокруг себя, ты это можешь, я в тебя верю, – Светка весело хмыкнула. – Что значит как? Кто из нас супердевочка?
– Вы сдурели, по телефону-то, а? – разъярился Мыш и отобрал сотовый. – Значит так, летишь к поляне, где ручей. Прежде чем вывалиться из облака, проверь, нет ли чужих на земле рядом. Если есть, зависнешь и доложишь обстановку. Спускайся медленно, вниз – ухам больнее. Конец связи.
Испытатели отправились к роднику. Светлане казалось, что Мыш злится, и это было правдой.
– Ну, скажи уже! – подходя к точке рандеву, не выдержала аспирантка.
– Не, вот нафига было подначивать? – хмуро спросил 'преподаватель на полставки', – 'Вперёд и вверх…'…Кстати, сама цитатами разговариваешь… А перепугается, или там резонанс какой пропадёт… и всё. Не изучено ж ни хрена. К тому же лес из окон отлично видно. Достаточно бинокля, чтобы увидеть, что не воздушный шарик там летает… и про телефон – я же предупреждал!
Светлана промолчала. Контрол-фричество из Мыша всегда лезло, когда случались какие-то сложности. Надо просто было ему разрешить вдоволь напараноиться.
Чужих не было. Дарья уже довольно уверенно приземлилась на бетонную плиту около родника, озабоченно рассмотрела свои насквозь мокрые топик и брюки.
– Ну, и как тебе? – Светлана внимательно оглядела вернувшуюся с небес сестру.
– Это…это ваще! Только сыро! И резинку от хвоста потеряла!
– Естественно, это ж облако, рыба ты летучая. Ты, кстати, можешь лишние треугольники из одежды выселить. Только без фанатизма.
Дарья окуталась паром, забавно, прямо как утюг.
– Ну, ты пыхнула!
– Знаешь, мне кажется, что мы все пыхнули. И выдохнуть забыли, – Дима поднялся с перил поломанного мостика, устало улыбнулся, – Пойдем до дому, поговорить надо. Так, по лётной практике тоже пятёрка. Теперь домашнее задание. Первое – сортировка быстрых и медленных молекул. Это откроет тебе путь к магии льда и пламени…
– Мы проходили, это эмкатэ, – кивнула рыжая.
– Вот и ладненько. Второе – электричество. Разделение заряженных частиц, ионов, и, если их чуешь, электронов. Тоже хорошая штука в арсенале любой, уважающей себя, супергероини.
– Я чувствую электричество. Как будто натянуто…всё. И радиоволны, как… ну, это как дрожит что-то.
– А тяготение? – обернулась к сестре шедшая впереди Света.
– Ммм. Не понимаю…
– Ладно, с ним потом разберёмся. Третье. Работа с твёрдыми телами.
– Я их чувствую, но делать с ними ничего не могу, всё как-то… скручено.
– А разом все их молекулы или там, атомы, обернуть, как ты говоришь? Давай только, это, подальше от нас. Вон тот пень попробуй. Вверх.
Дарья зажмурилась, но ничего не случилось.
– Облом, – признала юная волшебница, – Держится всё, только трясётся. Зато могу что-нибудь разрезать. Это как проволоку: если быстро-быстро гнуть, она ломается…
Дарья снова зажмурилась. Приличного размера дубовый сухой сук упал на тропинку. Дима поглядел на идеально гладкий срез, со всей древесной структурой.
– Лучше, чем лазером…
– Люси отдыхает! – Дарья хвастливо глянула на сестру.
– Хм. Кто? – Мыш догадался, что на этот раз молодёжь обязательно отомстит.- В облаках с бриллиантами?
– Это онемэ. Тоже про паранормалов, – объяснила Света. – Вот тебе за входы-выходы!
Облака окончательно мутировали в тучи, накрапывал мелкий, холодный и противный дождик. Исследователи возвращались назад к опушке, на место первого 'эксперимента', заново незаметно намокшая под дождём 'летучая рыба' висела над головой у сестры, пытаясь ухватить её за заколку, и глуповато хихикая. Дарья забавлялась своими способностями, как ребёнок новой игрушкой.
'Хотя почему 'как'. Ребёнок и есть. А детство через пять минут кончится'.
– Ну, всё, достала! – Резко повернувшись, Светлана ухватила младшую за руку и попыталась вернуть левитирующую проказницу на грешную землю. Получилось немного наоборот, но, подойдя к самой дальней от входа скамейке, Мыш пресёк наметившееся веселье на корню.
– Дарья, поставь сестру на планету. И сама на неё спустись. Сейчас будет серьёзный разговор. Самый серьёзный за всю твою жизнь.
Рыжая послушно приземлилась, и уселась на скамейку, не обращая внимания на сырость.
