Отмечать, впрочем, путешественники были вынуждены чаем — алкоголя, естественно, с собой не брали. Плотно перекусив, Дарья ещё немного поснимала, разделив воздушную капсулу надвое, и чуть полетав над поверхностью Луны. Юлька совершенно не нагуляла аппетита, и ограничилась чашкой кофе, зато Серёга, как ни в чём не бывало, слопал здоровенный гамбургер, и, обнаружив рядом с фейским космическим корабликом плоский камень, начал выцарапывать на нём послание потомкам. Завершив свою работу, космонавт-бездельник тоже стал щёлкать на вьюгин НТС уныло серые окрестности, не забывая и себя, любимого, и сидящую на капоте машины Терцию.
— Ну, что? — плавно опустилась на крышу «Таврии» волшебница, — рисуем?
— Полетели… нет, подожди! — «навигатор» вдруг нырнула в салон автомобиля, после чего решительно направилась, поднимая пыль босоножками, к упавшей штанге флага. В руках у Юли была пластиковая звёздочка — навершие новогодней ёлки, зачем-то прихваченная ей с Земли.
— Ты куда? — удивилась феечка, догоняя подругу, и охлаждая её путь по раскалённому солнцем грунту.
— Вот. — Терция подняла звёздно-полосатый флаг, сдёрнула с себя пояс, и притянула им новогоднее украшение к штанге. — Можешь закрепить?
— Конечно.
Флагшток вонзился в грунт намертво. Над вновь установленным американским «матрацем» гордо сияла красная звезда.
— А чё. Всё по чесноку. — Одобрил свою девушку подошедший Серёга.
— Да. — Рыжая осмотрела конструкцию, и сделала пару снимков.
Вернувшись к машине, Юлька добыла свой блокнот. В нём, ещё на Земле, по атласу, «принцесса хаоса» примерно разметила вьюгин сюрприз для земных астрономов — громадное, в полторы сотни километров, лого супергероини с сайта Вьюги, начерченное на Луне линией толщиной в тысячу четыреста метров — полный размах дашкиной ноосферы. Идея была крайне проста — использовать часть прихваченного с Земли воздуха как громадные и разреженные «крылья», аккуратно вытаскивающие на поверхность светлые частицы титановых оксидов, содержащиеся в тёмном реголите моря Спокойствия. Таким способом обработанная поверхность отражала свет в пять раз лучше нетронутого грунта вокруг. Увидеть такую подпись с Земли мог бы любой обладатель приличного телескопа.
Посмеиваясь, «молодёжь» взялась за дело, которое нашлось и для «бездельника» — отыскивать необходимые ориентиры в блёклой, даже под отвесным солнцем, серо-чёрной пустыне. Дарья перемещала «Таврию» на пятидесятиметровой высоте. Драгоценный кислород феечка приберегла в капсуле, используя для «вспашки» лунного поля азот и углекислоту — «попортить» эти молекулы было менее опасно. Работа оказалась довольно хлопотной — не проскакивать узловые точки и чётко выдерживать повороты, по чертежу, было весьма непросто. Феечке очень хотелось не «накосячить», представляя себе, как будут высмеивать супергероиню, вместо чёткой подписи, с красивой буквой «В» и снежинками, нарисовавшую на Луне каляку-маляку.
Дашка снова поняла, что ведёт себя как заигравшаяся в песочнице воспитанница детсада. Поняла со всей очевидностью… и снова ничего не смогла с собой поделать.
— Юла, вот честно — я тебе не кажусь дурой?
— Птице-рыбо… — не замедлился влезть Серый.
— Блин!
Волшебница, наконец, всё-таки отвесила ехидному любителю фэнтези хорошего атмосферного пинка по спине. Впрочем, «космонавт-бездельник» только тупо заржал, как конь. И тут же получил от Терции любимой книгой по башке.
— Всё, молчу, молчу…
— Дар, ты чудо, настоящее… если бы не ты, я уже со скуки бы сдохла, честно. И даже если бы ты не стала… такой… Всё равно с тобой не соскучишься. — Юлька была совершенно серьёзна. — Через восемь секунд — вправо, семь на десять…
— Алёна! — начальник был сердит, но умученная работой гида по обсерватории, для праздных туристов, аспирантка вообще не реагировала на внешние раздражители.
Кое-как выпроводив с большого телескопа очередную партию экскурсантов (час людям объясняешь, что в большие телескопы глазом уже век не смотрят, и всё по новой, рёв детей «мамо, я зырочки нэ бачыв» и ругань западэнских мамаш) Алёна Новикова смотрела на монитор компьютера. На Крымской астрофизической обсерватории заканчивалась очередная ночь.
— Алёна, да что с тобой? Что тебе эта Луна далась сегодня? Уже зашла давно…
— Вьюга. — Выключено произнесла молодая сотрудница.
— Что? Эта… снова?
— Вот. — На экране была прямая трансляция с пятидесятидюймового рефлектора, которую вели в скайп коллеги-астрономы с Канарских островов. Сквозь непонятную, но темпераментную испанскую ругань за кадром, пробивалось «факен щит» и «о, май гад».
На тёмной поверхности моря Спокойствия неторопливо чертился логотип Вьюги, с сайта. Чуть кривовато, но вполне чётко и узнаваемо. Как будто невидимый великан медленно-медленно, стараясь не испортить свою работу, выводил надпись громадным серебристым маркером. Шеф застыл за спиной у Алёны, забыв как вдыхать воздух…
— Тот… болид наоборот… это был её разгон к Луне. Я посчитала орбиту и скорость… вот. Спектр интересный.
