— Ладно, — он кивнул. — Дальше что?
— А дальше ты идешь домой и прячешь деньги. А после, часов в девять, встречаемся тут же. Оружие с собой захвати только! И денег для меня пачку возьми.
— Ну, оружие-то у меня завсегда с собой, сам ведь понимаешь. Деньги возьму. А ты сейчас куда?
— За меня не беспокойся, найду где переночевать, — поспешил я его успокоить, хотя сам не был в этом уверен.
— Хорошо, Митяй, сделаю все, как ты говоришь. Давай, будь аккуратнее! — схватив свою палку, он захромал в сторону дома, тихонько напевая какую-то песенку. Инвалид на выгуле, не прикопаешься, честное слово.
Идти мне было совершенно некуда, поэтому выбрав кусты погуще да поплотнее, я забрался в них и постарался уснуть. Завтра тяжелый день, нужно отдохнуть.
Я уже засыпал, когда на внутренний взор выскочило сообщение:
Новый последователь. Получено 40 очков опыта.
Ага, знать-то Ишустин установил себе имплант.
Глава 3.
Оттепель!
Какое теплое, нежное и ласковое слово!
Мрачные, темные, тяжелые тучи последние недели ходившие кругами и высыпавшие на наши головы тонны снега, подгоняемые ветром, ушли куда-то на запад и над нами, впервые за долгое время, небосвод наконец-то раскрыл свою бездонную синь.
По не зимнему яркое солнце тут же принялось за свою работу, и к обеду с крыш ДОТов и ДЗОТов закапала вода.
Оттепель в природе, казалось, разбудила солдат от спячки. Еще вчера они ходили сумрачные, осунувшиеся, с жесткой щетиной на исхудавших, впалых щеках. Сегодня же в их глазах отражалось солнце, а губы трогала легкая улыбка. Они как мальчишки играли в снежки и катали из подтаявшего снега снеговики. Наши сердца оттаяли, заискрились необъяснимой радостью и непонятным предчувствием чего-то хорошего, что настанет совсем-совсем скоро.
Оттепель наступила и на фронте. Вчера под вечер с той стороны к нам прибыли парламентеры. Не специально обученные офицеры и переговорщики. Нет. Такие же простые солдаты как мы. В таких же куцых шинелях, подпоясанных ремнями из дешевой кожи, с таким же голодным блеском в глазах. Переползли линию фронта втайне от своих офицеров и политруков, по поручению своих боевых товарищей, с кем делили вся тяготы и невзгоды суровой службы.
Мы говорили с ними. Обсуждали новости и делились своими мыслями. И находили друг в друге много схожего. Слишком много для того, чтобы стрелять в них. Слишком много для того, чтобы воевать с ними.
Они покинули нас уже под утро, оставив нас воодушевленными, с сердцами в которых загорелся огонь.
Ни один из офицеров с нашей стороны не узнал о переговорщиках. Никто не проболтался.
Зикир сидел рядом со мной, заворачивал табачок в самокрутку и мечтательно смотрел в даль. Его глаза светились.
Он, оторвавшись от созерцания горизонта, глянул на меня, больно толкнул в бок и сказал:
— Жууууууууууууууууу!
— Что? — не понял я его
— Жу! Жу-жу! Жуууууууууууууууууууууууууууууу!
Да гребаная муха! Я начал махать руками, прогоняя надоедливое насекомое, и окончательно проснулся. Вытащил из-под левого бока камешек, впившийся в кожу прямо под ребра.
Всё же спать на земле под кустами — занятие очень не очень. Да и под утро жара спала, и я даже слегка замерз.
Вскочил, вылез из кустов, отряхивая с себя прилипшие листья и траву, несколько раз подпрыгнул, разгоняя кровь. Сверился с часами — время до девяти еще навалом, поэтому, чтобы оно побыстрее прошло, пошел на стадион. Побегал, попрыгал, подергался на турнике и брусьях.
Моя физическая форма за эти месяцы с того момента, как во мне завелся имплант, значительно улучшилась. Впалая грудь начала обретать положительную выпуклость, обрастая мышцами. Плечи раздались вширь, под кожей рук и ног приятно перекатывались тугие узлы. Пока не очень большие, но у меня всё впереди. Даже вечно иронизирующая маман уважительно качала головой, аккуратно тыкая пальцем в мои плечи.
Наконец, из-за угла вынырнул хромающий Степаныч и я, спрыгнув с перекладины, пошел к нему навстречу.
— Всё успешно, — сказал мне напарник после того как мы поздоровались. — Зашел к тебе домой, нашел денег. Хорошо ты грабанул бандюганов! Полная сумка бабок! Я взял десять пачек и тебе вот одну принес.
Он сунул мне в руку сложенную пополам газетку, в которой ощущалась приятная толщина «котлеты».
— А слежка? — спросил я его, засовывая деньги во внутренний карман. — Увидел кого?
— Увидел, — кивнул Степаныч, — стоит там машина. Не видал ее прежде. И вчера была, и сегодня. Окна затонированы, ничего внутри не видно. Но нюхом чую — тебя они ждут!
— Ну и пусть ждут, удачи им в этом нелегком деле, — хохотнул я. — А нам ждать совершенно нечего, пойдем.
Мы, обойдя наш двор стороной, вышли на улицу и неспеша, наслаждаясь утренним, еще совсем нежарким солнцем, побрели в сторону автобусной остановки.
Получен ежедневный опыт за последователей. + 2 единицы.
Вылезло мне очередное сообщение от импланта. Вроде мелочь, а приятно. Еще вчера было всего одно очко, а сейчас уже в два раза больше. Я сладко вздохнул, представляя себе миллион учеников.
