Энтони Кроули, актёр, сценарист и продюсер, никак не может понять что же в его карьере идёт не так и решает на время отпуска сбежать в тихое местечко на юге Англии, случайно прихватив за собой ворох личных проблем. Айзек Фэлль - всего лишь его сосед из дома напротив, который оказался способен вернуть Кроули вдохновение.
========== Пролог ==========
За окном гроза разыгралась не на шутку: самое то для того, чтобы на ночь читать страшные книжки. Азирафаэль и читал. С удовольствием читал, запивая страшную историю тёплым какао, ещё и укрывшись классическим для данной ситуации клетчатым пледом. В истории группа молодых людей расследовала пропажу одного своего друга и для этого полезла в заброшенный дом, который, по слухам местных, кишел призраками. Автор прекрасно нагонял интригу и ещё вот это ощущение того, что вот-вот что-то произойдёт ― саспенс. Одновременно с тем, как один из героев почувствовал, что его шеи касается что-то холодное, телефон Азирафаэля выдал весёленькую трель звонка. Азирафаэль вздрогнул от неожиданности, разочарованно выдохнул и, зажав нужное место в книге пальцем, ответил на звонок.
― Да, мадам Трейси? Чем могу помочь? ― вежливо спросил он, глазами при этом ища нормальную закладку для книги. Звонок этой пожилой леди обещал затянуться, потому что её звонки всегда затягивались, независимо от того, какой была причина.
― Мистер Фэлль, мне очень неловко тревожить вас в такой поздний час! ― Азирафаэль покосился на часы. Было всего восемь вечера, хотя погода и создавала иллюзию того, что уже глубокая ночь. Видимо, мадам Трейси было нужно что-то очень серьёзное, если она ударилась в подобные учтивости. ― Но у меня есть к вам маленькая просьба. Вы сделаете мне большое одолжение, если выполните её.
― Мадам, для вас ― всё что угодно, ― тут же ответил Азирафаэль, желая хоть немного сократить разговор, сохранить дружеские отношения с соседями и при этом поскорее вернуться к чтению.
― Милый мой, я знала, что могу на тебя положиться! ― тут же радостно отозвалась мадам. ― В дом напротив твоего сегодня заедет жилец. Точнее, должен заехать. Какой-то американец, мужчина, обещал прибыть в скором времени. Я оставила ключ от дома в обычном месте, о чём сообщила ему, а то, знаете, там, не хотелось встречать его в такую ужасную погоду, к тому же он так внезапно объявился. Представляете, буквально полчаса назад связался, сообщил, что хочет снять дом на месяц и заехать вот прямо сейчас!
― Да, мадам Трейси, это очень внезапно, ― согласился Азирафаэль и осторожно добавил: ― Так в чём состоит ваша просьба?
― Ох точно, дорогой, если этот американец не объявится к девяти, прошу, забери ключ из горшка с петуниями, который висит у кухонного окна. Всё же мне кажется подозрительным, что кто-то в такое время просто берёт и приезжает, ну, ты понимаешь, правда?
― Понимаю, ― кивнул сам себе Азирафаэль, уже представляя, каково ему придётся даже в дождевике и со сломанным зонтом в такую погоду. ― Хорошо, мадам Трейси, я заберу ключ, если он не приедет, и занесу вам утром. Ваш американец должен быть один?
― Да, один! Спасибо тебе огромное, мой милый, что бы я без тебя делала?..
― Вероятно, попросили бы господина Шедвелла, ― не удержался Азирафаэль от подкола.
― Хитрец, ― тут же отозвалась мадам Трейси, изменив тон. ― Хорошо, хорошо, я уже поняла, что отвлекаю тебя, извини. Приятного вечера.
― И вам того же, мадам, ― Азирафаэль с тяжелым вздохом положил трубку. Из-за того, что в этом маленьком городке на юге Англии он был чуть ли не самым молодым постоянным жильцом, местные почему-то единогласно решили, что к нему можно обращаться «молодой человек», «дорогой», «милый», «мальчик мой» и так далее, при том что Азирафаэлю давно было не двадцать и даже не тридцать, а выглядел он порой и того старше. Мадам Трейси, ко всему прочему, ещё и регулярно напрягала его мелкой «помощью», если не удавалось напрячь сержанта Шедвелла, который был не то чтобы мужем мадам, скорее парнем, как бы странно это ни звучало для людей их возраста. В последнее время мадам Трейси по какой-то причине предпочитала помощь Азирафаэля, а не сержанта, и не то чтобы такое положение дел всегда было уместным для первого.
Всё же обнаружив закладку для книги и отложив их в сторону, Азирафаэль сунул ноги в домашние туфли и с тяжелым вздохом потопал к окну, чтобы оценить масштабы бедствия на улице. Дождь лил с самого утра, а к вечеру только усилился, став настоящей грозой с молниями и раскатами грома. Вода по улицам уже текла рекой, и стоило даже побаиваться того, что она подмоет кусты сирени у края участка Азирафаэля. Дом напротив был нежилым и сдавался приезжим, обычно летом, но на этот раз туристический сезон начался раньше, видимо. Домик был хороший, всегда пользовался популярностью. Однако сейчас, чтобы добраться до него, нужно будет пройти чуть ли не по колено в дождевой воде, и это совершенно не вдохновляло.
― Если этот американец не объявится в следующие сорок минут, то точно испортит себе карму, ― грустно пробормотал Азирафаэль себе под нос.
