Семен хотел было ответить, что этот глупый шантаж не пройдет, но не стал. На самом деле ему понравилось в мастерской. Под потолком лениво покачивались модели авиалайнеров, тихо жужжал вентилятор, какая-то таблица мерцала на мониторе допотопного компьютера. Здесь было уютно. Тот самый уют, понятный лишь немногим. Этот уют своеобразен, но в нем всегда присутствует частичка души. Именно он заставляет мужчину проводить выходные в гараже и ковыряться в капоте автомобиля, торчать за верстаком или у сварочного аппарата...
Только вот на лицах его товарищей и близко не читалось подобного энтузиазма. Семен решил взять огонь на себя. Он уже набрал воздуха в грудь, чтобы согласиться вступить в клуб и таким образом выторговать у Шурика четыре подписи за одного нового кибернетика, как тот вдруг выдал:
- Вот что, давайте-ка я проведу вам небольшую экскурсию!
Его глаза загорелись азартом, и Семен подумал, что этот очкарик похож на рыбака, перед которым плеснула крупная рыба.
- А что ты паял, когда мы вошли? - спросил Шурика он, чтобы не дать ему разойтись.
- Да так, ерундовина. С помощью этой штуки в нужное время включали запись трубы, чтобы оповещать лагерь о завтраке, обеде, и ужине. А НУ НЕ ТРОГАЙ!
Серега, который подошел к компьютеру и собрался ради эксперимента нажать на одну из клавиш, подпрыгнул от испуга. Он вскинул брови, и черный ежик на его голове забавно зашевелился.
Шурик похлопал ладонью по красному магнитофону и продолжил:
- А вообще я тут немного поработал, и теперь можно будет время от времени включать музыку через репродукторы. Как раз нашел хорошую кассету, там без слов в основном. Названия все на английском, летс би френдс какой-то, форест мейден. Но музыка приятная, пионерам понравится.
Семен подошел к столу и посмотрел на плату. Шурик, заметив интерес в его взгляде, решил брать быка за рога:
- Ну что, я вас записываю?
- Меня одного пока запиши, - сказал Семен, - а то парни, откровенно говоря, мастерить особо не любят, так что все равно ходить сюда не станут.
- Научим!
- Шурик, обещаю агитировать их ежедневно и еженощно! Когда сами захотят, запишутся, а так зачем тебе мертвые души в кружке?
Очкарик что-то пробурчал про молодое поколение, заставив Семена усмехнуться, и подписал обходные.
- Чего это мы мастерить не любим, чего ты за нас решаешь? - возмущался Серега, когда товарищи шагали к музыкальному клубу.
Семен заулыбался.
- А что, ты любишь? Ну иди тогда, запишись, мы подождем!
Серега наверняка продолжил бы ворчать и дальше, но ребята дошли до места. Они по очереди поднялись на веранду. Ее пол гулко стучал от шагов, и этот стук гармонично переплелся с шелестом листвы растущих рядом деревьев. Семен подумал, что музыкальный клуб оправдывает свое название и словно играет оригинальную музыку сам по себе.
Скользнув взглядом по доске объявлений, висевшей у входа, он толкнул дверь и замер с раскрытым ртом. Рядом втиснулся Бублик, словно почуяв что-то интересное. Белобрысый не прогадал, потому что перед парнями предстало замечательное зрелище: какая-то девчонка залезла на четвереньках под пианино и, очевидно, что-то искала. С того места, где стояли товарищи, было очень хорошо видно ее красивую беленькую задницу и трусики в зеленую полоску.
- Ого! - выдохнул Бублик.
Девушка услышала его, от неожиданности машинально попыталась подняться и в результате звонко ударилась головой о днище инструмента. Наконец она выбралась из-под пианино и затараторила, отряхнув коленки:
- Ой, ребята, а вы хотите вступить в клуб? Вас так много, целых четверо! Я и не ожидала, что так быстро пионеры придут вступать, тут пока только я! Меня Мику зовут, я наполовину японка. Ну вы, наверное, заметили по акценту, хоть я и с детства знала и русский, и японский, но жила все-таки в Японии, вот он и появился...
Она так тараторила, что мозг просто-напросто перегружался информацией. Через несколько секунд Семен перестал следить за смыслом ее слов и принялся осматриваться по сторонам. В музкружке был огромный выбор инструментов: духовые, струнные, ударные... Самый настоящий рай для меломана. Несмотря на то, что панорамное окно справа от товарищей оказалось зашторено тюлью (собственно, как и все остальные), в помещение проникало много солнечных лучей. Они переливались игривыми бликами на длинных волосах девушки, собранных в два хвоста, и придавали им удивительный бирюзовый оттенок.
- ...Ну так что, вступаете?
- Да нам бы того, обходные... - сказал бублик привычные слова. Правда, на этот раз они прозвучали гораздо более воодушевленно.
Мику немного поникла, но без лишних разговоров подписала бумажки.
- Если что, заходите, записывайтесь. Даже если не умеете. Я на всех-всех инструментах играть умею, и научу тому, что понравится!
Ее речь слегка замедлилась от расстройства, но все же была довольно быстрой. Семен заметил, что Бублик решительно сжал губы в тонкую ниточку.
- Рома, если хочешь записаться только для того, чтобы не огорчать ее, то не надо. Ей будет еще обидней, если ты запишешься, и ни разу не появишься! - шепнул он товарищу на ухо.