Летний Рыцарь. Лики смерти полностью

Когда я припарковал машину на платной стоянке, не доезжая аэропорта О’Хара, часы показывали пять минут восьмого. Я выбрался из машины, держа в руках жезл и посох. На всю стоянку горел всего один старый фонарь, но луна светила так ярко, что я сразу увидел подъезжающего Майкла. Его белый пикап с хрустом остановился передо мной на усыпанной гравием дорожке. Я обошел машину и открыл пассажирскую дверцу. Саня подвинулся, освобождая мне место. На нем были синие джинсы и большая черная ковбойская шляпа.

— Гарри, — улыбнулся Майкл, — а я уже начал беспокоиться. Победили?

— Не совсем.

— Проиграли?

— Не совсем. Я прижал Ортегу к канатам, и он сжульничал. Оба покинули ринг. Я более или менее целиком; он — по частям, но все же ушел.

— Со Сьюзен все в порядке?

— Ее швырнули в воздух на двадцать пять ярдов, и она упала на бетон и железки. Но все будет хорошо.

Что-то насторожило меня, и я принюхался. В кабине пикапа стоял острый запах железа.

— Майкл, вы что, в доспехах?

— Я в доспехах, — кивнул Майкл. — И в плаще.

— Да вы что, Майкл! Мы же в аэропорт едем. Там повсюду металлодетекторы.

— Все в порядке, Гарри. Все будет в порядке.

— Уж не надеетесь ли вы, что все сирены разом выйдут из строя? — Я покосился на младшего Рыцаря. — А чего Саня тогда не в доспехах?

Саня повернулся ко мне и распахнул джинсовую куртку. Под курткой обнаружился кевларовый жилет.

— Очень даже в доспехах, — серьезно сказал он. — Пятнадцать слоев с керамическим усилением в критически важных местах.

— По крайней мере, вы не смотритесь ролевиком-участником фестиваля средневековой реконструкции, — заметил я. — И потом, эта штуковина действительно может защитить. Новая или старая?

— Новая, — сказал Саня. — Удерживает все типы гражданских боеприпасов и даже некоторые боевые.

— Но не ножи и не когти, — буркнул Майкл. — И не стрелы.

Саня нахмурился, застегивая куртку:

— А твоя не держит пуль.

— Меня защищает вера, — сказал Майкл.

Мы с Саней обменялись скептическими взглядами.

— Хорошо, Майкл, — сказал я. — Так у нас есть мысли насчет того, где искать нехороших парней?

— В аэропорту, — ответил Майкл.

Секунду я сохранял молчание.

— Иголка в стогу сена. Где в аэропорту?

Майкл пожал плечами, улыбнулся и открыл рот, чтобы ответить. Я поднял руку.

— Надо хранить веру, — произнес я, в меру возможности имитируя голос Майкла. — И как это я не догадался? Фиделаккиус, надеюсь, вы захватили?

— В ящике с инструментами, — кивнул Майкл.

— Он еще пригодится Широ.

Пару мгновений Майкл медлил с ответом.

— Да, конечно.

— Но мы ведь спасем его.

— Молюсь, чтобы так и оказалось, Гарри.

— Спасем, — сказал я и посмотрел в окно. Майкл въезжал на площадь перед аэропортом. — Еще не поздно.

Аэропорт О’Хара велик. Почти полчаса мы кружили по забитым стоянкам, прежде чем Майкл резко затормозил перед терминалом международных рейсов. Спина и шея его напряглись, словно он услышал сигнал тревоги.

Саня покосился на него:

— Что там?

— Ты ничего не чувствуешь? — спросил его Майкл.

— Нет вроде.

— Закрой глаза, — посоветовал Майкл. — Попробуй приглушить мысли.

— Я чувствую большое возмущение Силы, — пробормотал я, не удержавшись.

— Правда? — спросил меня Майкл, слегка удивленно моргнув.

Я вздохнул и потер переносицу. Саня закрыл глаза, и лицо его почти сразу же брезгливо скривилось.

— Тухлятина, — сообщил русский. — Кислое молоко. Плесень. И воздух жирный какой-то.

— Отсюда всего пятьдесят футов до киоска «Пицца хат», — ткнул я пальцем. — Впрочем, может, это и совпадение.

— Нет, — возразил Майкл. — Это Никодимус. Он везде оставляет за собой этот запах. Презрение. Гордыня. Равнодушие.

— Я ощущаю только тухлятину, — сказал Саня.

— Ты его тоже чувствуешь, — кивнул Майкл. — Просто твой рассудок интерпретирует это по-другому. Он здесь.

Майкл тронул было пикап с места, но тут перед нами остановилось такси, скрежетнув тормозами. Таксист обошел машину и принялся выгружать из багажника чемоданы какой-то пожилой пары.

Я буркнул что-то себе под нос и принюхался. Я даже попробовал включить свои магические чувства, чтобы понять, что так насторожило Майкла, но не уловил ничего необычного.

Открыв глаза, я понял, что смотрю прямо в затылок детективу Рудольфу. Одетый в свой обычный дорогой костюм, он стоял рядом с худым человеком ухоженной внешности, в котором я узнал окружного прокурора. На мгновение я застыл. Потом сорвал с Сани черную шляпу и нахлобучил себе на голову, пригнувшись при этом как можно ниже.

— Что случилось? — спросил Майкл.

— Полиция, — буркнул я и осторожно огляделся по сторонам.

Осмотр выявил семерых полицейских в форме и по меньшей мере десять человек в штатском, державшихся, однако, как полицейские.

— Я бросил им намек, будто плащаницу увозят из Чикаго по воздуху, — пояснил я.

— Тогда чего же вы прячетесь?

— Меня видели покидающим место преступления. Если кто-нибудь опознает меня сейчас, следующие сутки я проведу на допросах, а это вряд ли поможет Широ.

Майкл задумчиво сдвинул брови:

— Тоже верно. Полицейские знают про динарианцев?

— Вряд ли. ОСР отстранен от следствия. Скорее всего, им сказали, что это какая-то группа опасных террористов.