Летний Рыцарь. Лики смерти полностью

— Очень хорошо. Тогда кто вы такая, Мерил?

Она вздрогнула:

— Ох. Извините. Я не поняла, что вы имели в виду. — Она сделала новую попытку поправить волосы. — Я подкидыш. Мы все подкидыши.

— Кто-кто? — не понял Билли.

— Подкидыши, — сказал я Билли. — Они наполовину смертные, наполовину потусторонние.

— Ага, — кивнул Билли. — И что это значит?

Я пожал плечами:

— Это значит, что им придется выбирать, оставаться ли им смертными или окончательно переселяться в Небывальщину.

— Да, — подтвердила она. — А до тех пор я считаюсь подданной двора, к которому принадлежит мой отец, житель Небывальщины. Зимнего. И остальные тоже. Потому мы и держимся вчетвером. Так безопаснее.

— О… — вздохнул Билли.

— Мерил, — сказал я, — с чего вы взяли, что ваша подруга попала в беду?

— Она ужасно несамостоятельна, мистер Дрезден. Мы с ней снимаем квартиру на двоих. Она не слишком умеет заботиться о себе и редко покидает квартиру надолго — это ее нервирует.

— И что, по-вашему, могло с ней случиться?

— Зимний Рыцарь.

Билли нахмурился:

— С какой стати ему причинять вред подданным его же собственного двора?

Мерил невесело усмехнулась:

— Потому что он имеет такую возможность. Он неравнодушен к Лилии. Все время пугает ее. Ему это нравится. Он был вне себя, когда Мэйв приказала ему уняться. А теперь, когда Рона нет… — Она осеклась и устало опустила голову.

— А Ройель-то с какого бока во все это замешан? — удивился я.

— Он нас защищал. Мэйв мучила нас потехи ради, и мы не знали, куда нам бежать. Рон взял нас под свое покровительство. Никто из Зимних не хотел попадаться ему под руку.

— А ваш отец? — поинтересовался Билли. — Разве он не мог постоять за вас?

Она смерила Билли равнодушным взглядом:

— Мою мать изнасиловал тролль. Даже если бы у него хватало сил помешать Мэйв издеваться над нами, он не стал бы этого делать. Он считает, что и так проявил великое милосердие, не слопав мою мать там же, на месте.

— Ох, — пробормотал Билли. — Извините.

Я нахмурился:

— И теперь, когда Летнего Рыцаря нет, вы считаете, Слейт похитил девушку?

— Кто-то вламывался к нам в квартиру. Такое впечатление, что там боролись.

Я вздохнул:

— Вы связывались с полицией?

Она посмотрела на меня как на умалишенного:

— Ну да, разумеется. Я заявила им, что смертный служитель фей пришел и похитил наполовину смертную топ-модель из Небывальщины. Они все бьются над этим делом.

Мне пришлось признать, что у нее имелись все основания для сарказма.

— Ну, у красивой девушки в этом городе может хватать неприятностей и без сверхъестественных причин. Старые добрые похитители и сексуальные маньяки справляются с этим ничуть не хуже.

Она покачала головой:

— В любом случае с ней что-то случилось.

Я поднял руку:

— Что вы от меня хотите?

— Помогите мне найти ее. Прошу вас, мистер Дрезден.

Я зажмурился. У меня не хватало ни времени, ни сил, ни умственных усилий еще на одно дело. Самым разумным с моей стороны было бы отшить ее раз и навсегда или же пообещать ей сделать все, как она хочет, а потом выбросить это из головы.

— Вы выбрали не самый удачный момент, чтобы обратиться ко мне, — сказал я, ощущая себя последним дерьмом. Я не смотрел ей в лицо — совести не хватало. — Обстановка и так запутаннее некуда; я не знаю даже, смогу ли сам спастись, не говоря уже о вашей подруге. Мне очень жаль.

Я повернулся к машине, но Мерил заступила мне дорогу:

— Подождите.

— Я же сказал вам, — вздохнул я. — Я ничем не могу…

— Я вам заплачу, — сказала Мерил.

Ах да. Деньги.

Я вот-вот останусь без офиса и жилья, а прибыли с работы на фэйри мне не светило. У меня накопилась стопка неоплаченных счетов. Да и продуктами запастись не мешало. Я еще не начал голодать, но был к этому весьма близок.

Я мотнул головой:

— Послушайте, Мерил, я был бы рад…

— Двойную плату, — настаивала она.

Двойную. Плату. Деньги. Я поколебался еще.

— Тройную, — сказала она, полезла в задний карман джинсов и достала конверт. — Тысячу авансом, здесь и сейчас.

Я оглянулся на Хвата, все еще прислонявшегося спиной к стене; тот дрожал и прижимал к разбитой губе носовой платок. Мерил продолжала переминаться с ноги на ногу, уставив взгляд в землю.

Я попытался взглянуть на вещи объективно. От тысячи баксов мне будет не много пользы, если я угроблюсь, отвлекшись на дополнительную нагрузку. С другой стороны, если мне все-таки удастся выбраться из этой заварухи живым, деньги мне пригодятся. Не то слово — будут просто жизненно необходимы. В подтверждение этой мысли в животе моем голодно заурчало.

Мне нужна была работа — но, что еще важнее, мне необходимо было жить в мире с собой. Я сомневался, что смогу с легкостью выбросить из памяти то, как я оставил беспомощную девушку, пусть даже и подкидыша, на растерзание, так сказать, волкам. Люди редко обращаются ко мне за помощью, если их не подталкивают к этому отчаянные обстоятельства. Всего несколько часов назад одно мое присутствие приводило подкидышей в ужас. Если они теперь просят помощи у меня, то лишь потому, что ничего другого им просто не осталось.

И потом, у них есть деньги.