- Наш это! Федька Ивершнев! Слесарем в третьем цеху работает. - Торопился он отвести подозрения от своего подопечного.
- Почему наколки на руках? - Спросил лейтенант Сиверцев.
- По молодости к шпане прибился, вот и сделал. - Отозвался слесарь, торопливо одергивая задранные по команде рукава и пряча ошибки юности.
Вместо проверенного подтянулся другой человек, которого нелегкая вынесла сегодня на улицу.
- Дядя Виктор, а я его знаю! - Дернул Зайцева за рукав Стась, проторчавший вместе с ними на улице весь этот бесконечный день, хорошо хоть на время облавы удалось его пристроить под присмотр красноармейцев, охранявших штаб батальона. - Он у нашего ксeндза был! Я ещe удивился, зачем жид в костeл пришeл. - Мальчишка торопился высказать свою новость, путая польские и русские слова. - Вот тот, в сером пиджаке, в самом конце.
Стась не удержался и показал пальцем. Мгновенно сообразив, что дело плохо, указанный человек рванул в сторону ближайшего проулка, торопясь проскочить оцепление, пока бойцы не поняли, что происходит.
- Живьeм брать! - Закричал Виктор, выдeргивая из кобуры пистолет.
Но перекрывая заполошные выкрики "стой", захлопали выстрелы бойцов оцепления.
- Убьют ведь! - Выдохнул милиционер, припадая на одно колено. Хлопнул еле слышный, на фоне винтовочных, выстрел нагана и подозреваемый полетел на мостовую, споткнувшись о простреленную ногу.
Подскочил к подозреваемому старшина Щедрин, быстро завернул ему руки за спину и связал извлечeнной неизвестно откуда верeвкой. И только после этого занялся раненой ногой, выпросив у кого-то из бойцов индивидуальный пакет. После этого подозреваемого подхватили за руки и потащили внутрь здания, где был штаб самого Виктора.
Это уже был третий, которого пришлось выдeргивать из толпы, стараясь причинить, как можно меньше вреда. Но, наверняка, самый ценный, раз из Польши в Москву заявился. Двое других были обычными провокаторами, основной задачей которых было вызвать столкновение между рабочим митингом и бойцами оцепления. У одного за пазухой нашли две бутылки с бензином, которые он так и не решился пустить в дело. А вот второго пришлось брать силой. И опять отличился старшина, сумев вырубить диверсанта ударом по шее за несколько секунд до того, как тот успел выдернуть чеку из гранаты.
- Где ты так стрелять научился, лейтенант? - Спросил Виктор Сидорова, когда суматоха затихла.
- На стрельбище. - С хитрым прищуром бросил милиционер. - А до этого три года на польской границе учился.
- Большое спасибо тебе, лейтенант милиции Сидоров. - Виктор пожал ему руку.
- Чего уж там. - Неожиданно смутился тот. - Мы, ведь, тоже трудовому народу служим.
- Кто это, Витя? - Спросил Колька, со спокойствием досмотревший эту сцену.
- Кажется, руководство тех двух провокаторов, что по твоей наводке взяли. - Ответил ему Зайцев.
Виктор окинул взглядом всe уменьшающуюся толпу, посмотрел на уголовников. Те о чeм-то тихо переговаривались, наверное, вырабатывая общую легенду. Дураки! Начнут по одному в расход пускать, мигом расколются. Живые-то до сих пор только потому, что вовремя сообразили поднять руки. Всех остальных кончали без разговоров.
А что-то быстро у блатных испуг проходить начал? Чего такого им наобещали, что они так наглеют?
Ничего разберeмся! Хотя сейчас не до них.
Виктор повернулся и пошeл к группе рабочих, курящих у входа в его штаб. Нужно поблагодарить их за помощь. Хотя основная благодарность должна достаться Кольке, так вовремя оказавшемуся в этом месте.
Когда разогнав и, в большинстве своeм, просто перестреляв банды, оказавшиеся у них на пути, они вывернулись на более широкую улицу, Виктор едва успел дать команду остановиться. Бойцы уже по привычке готовились открыть огонь и только его команда остановила катастрофу.
- Стоять, вашу мать! - Среагировал Виктор. - Это не уголовники!
- Кажись, мастеровые? - Протянул кто-то из его спины.
Перед ними, действительно, находились рабочие какого-то из заводов. Мелькало несколько флагов, распинался на импровизированной трибуне какой-то человек.
- Лейтенант, отводите людей обратно в переулок. - Отдал Виктор команду. - И, ни в коем случае, не подходите к митингу ближе метров пятидесяти, а лучше и ста.
- Почему? - Удивился взводный.
- Не исключены провокации! - Отрезал Виктор, нашeл взглядом старшину. - Старшина, давай пройдeмся.
Неторопливой походкой тронулись к митингу, прикидывая, как можно проверить незнакомую толпу. И не находили ответа.
Помощь пришла совершенно неожиданно. Из толпы "социально незрелых", которые на подобных мероприятиях всегда стремятся забиться в последние ряды и обсудить более насущные проблемы, чем речи очередного выступающего, выскочил старый друг капитана Зайцева Колька, с которым они не виделись с той памятной попойки годовалой давности.
- Витя! - Обрадовано взревел Колька. - Живой! - Оглянулся по сторонам и добавил более тихим голосом. - А я думал, тебя уже того...
- Живой, Коля, живой... - Виктор радостно обнимал друга. - На фронте был. Вот и не мог приехать.
- Так война три месяца всего? - Насторожился Колька. - А тебя больше года нет?
