Оказывается, Лена тащит свою дочь Йенни. Из-за обложивших небо туч сегодня быстро стемнело, но даже в сумерках видно, что девушка вся в крови. Мы с Рози бегом бросаемся к ним. Лена, похоже, на грани срыва. Йенни, кажется, может идти сама, но с трудом. Она может упасть в любую секунду.
– Помогите, – задыхаясь, шепчет Лена, когда мы оказываемся рядом. – Кто-то… я не знаю, кто… она ранена…
– О боже, Йенни! – вскрикиваю я. – Йенни, ты меня слышишь?
Мы с Рози пытаемся помочь и поддержать раненую девушку, но позади нас раздается крик.
– Вы кто? – спрашивает Рози.
– Мы из медпункта. Это вы звонили?
Женщины обращаются к Лене, та, всхлипывая, кивает и передает Йенни им. Ее руки трясутся, когда она пытается объяснить, что произошло.
– Она… она истекает кровью! У нее изрезаны руки, лицо и… о боже!
– Следуйте за нами, все будет хорошо. Не бойся, Йенни, все хорошо, мы поможем тебе.
Две женщины в форме, так похожей на полицейскую, подхватывают Йенни за руки и устремляются с ней в направлении туристического пансионата на противоположной стороне дороги. Лена, подскакивая, семенит рядом, словно перепуганная чихуа-хуа.
Мы с Рози остаемся стоять как вкопанные.
– У вас тут даже медпункт есть? – наконец отмираю я.
– Ну да, небольшой. В основном для туристов, которые падают с велосипедов, ну и так, по мелочи. Остается надеяться, что все не слишком серьезно.
Мы устремляемся следом в том же направлении, что и Йенни с медсестрами. Дачный поселок находится в той же стороне. Между нами уже метров двадцать, но я все равно слышу, как Йенни вдруг кричит, повернув голову:
– Силла!
Потом она кричит что-то еще, но шум дождя заглушает почти все звуки. Несмотря на то, что мы стояли на месте всего несколько минут, мои белые кроссовки уже успели набрать воды. Хочу домой.
– Чего еще?
– Ты слышала, что она кричала?
– Нет, а что?
– Это было похоже на…
Мы с Рози остановились между нашими домами. Дождь превратил проселочную дорогу в сплошное поле из раскисшей глины, и мои белые кроссовки стали теперь совершенно коричневыми.
– Ну и вечерок, Силла…
– Да уж, настоящий хаос.
– Думаешь, это Эбба сотворила такое с Йенни?
– Не знаю. Но мы должны позвонить Адаму. Сейчас же.
– Я позвоню. А потом переоденусь в чистую одежду. Хочешь, я загляну к тебе попозже?
– Ужасно хочу. После такого я не желаю спать одна.
– Я подавно. Значит, до скорого!
Рози махнула мне рукой, после чего миновала изгородь и понеслась по садовой дорожке к дому. Вскоре до меня донесся звук открывшейся и закрывшейся двери.
Я же осталась стоять в одиночестве перед почтовым ящиком, шаря по карманам промокших насквозь джинсов.
– Эй! Силла, верно?
Я обернулась и увидела Ингрид. Ингрид-с-морковкой, которая живет в нескольких домиках отсюда. Я убрала с лица мокрые пряди волос и выдавила из себя улыбку.
– Здрасьте-здрасьте!
– Какая жуткая погода, не правда ли?
– Да, просто ужасная. Но, наверное, мы ее заслужили после всей этой жары.
Ингрид рассмеялась.
– Да, пожалуй! Хорошо провели время в баре? Я видела вас там, вместе с Рози.
– Очень хорошо. Прекрасная выпивка!
– Да, что есть, то есть.
Ингрид продолжала стоять и разглядывать меня, пока я лихорадочно искала свои ключи. Сама она выглядела сухой, как осенний лист в лесу, потому что стояла под зонтом, удерживая его своими худенькими старческими ручками. И, кажется, совершенно не замечая, что меня саму скоро смоет непогодой.
– Вы с Рози, кажется, стали по-настоящему близки, – неожиданно проговорила Ингрид.
– Ага. Мы много общаемся.
– Да, я это заметила. В самом деле.
Я улыбнулась извиняющейся улыбкой. К чему это она ведет? Если она решила начать распускать по дачному поселку лесбиянские слухи, то мне на это совершенно наплевать.
– Забавно, как могут меняться люди, – неожиданно сказала она.
Я бросила на нее недоумевающий взгляд и одновременно нащупала в одном из нагрудных карманов свои ключи.
– Вот как. Что вы хотите этим сказать?
– Ну, мы с Рози перебрались сюда почти одновременно. Я появилась здесь на несколько месяцев раньше, и мне всегда казалось, что она несколько… застенчива. С трудом идет на контакт.
Ингрид задумчиво посмотрела вверх, на свой зонтик.
– Немного скрытная и загадочная, ну, вы понимаете. Но так было раньше. А теперь вы, кажется, нашли друг друга. Вот я и говорю, забавно, как меняются люди!
Я даже толком не знала, что на это сказать. Увидев у меня на ладони позвякивающую связку ключей, Ингрид подняла руку.
– Ну, не буду вас задерживать своей болтовней! Скорее идите в дом и обсушитесь. Еще увидимся!
– Обязательно!
– Хорошего вечера!
