«Если хочешь снова увидеть свою рыжую сучку, то приезжай один на остров «Ближний». Сегодня же. Без оружия. А то я так подумал, что ей скучно с тобой. Со мной повеселее будет».
Сука… Мразь… Ублюдок… Тварь… Сердце бешено заколотилось. Записку я тотчас же разорвал к чертям собачим. Возврата быть уже не могло.
– Ульян, – сглотнув, ответил я. – Если я не вернусь… Ты скажи… Чтоб никто больше не появлялся на острове в одиночку.
– О чем ты? – не поняла Ульянка, но я уже бегом бежал в сторону пристани.
Пока я искал весла и возился с канатами, на лагерь уже потихоньку опускался вечер. Одной лодки действительно не было. Как и ожидалось.
Все, что билось внутри меня – злоба. Не на Димона даже. На себя. Случившееся – целиком и полностью моя вина. Я махал веслами, не обращая никакого внимания на усталость. Я даже ни разу не остановился, чтобы передохнуть. Одна мысль о том, что с Алисой пока что еще все в порядке придавала мне сил. Я всматривался в опускающийся сумрак, пытаясь разглядеть вдалеке очертания острова.
Когда я пришвартовался, то мигом выскочил из лодки. Димон наверняка слышал, как я приплыл. В моей квартире было проще что-то не услышать, чем в тишине этого острова. Лодка, на которой они приплыли, оказалось привязанной к коряге в дальнем конце острова. Умно! Чтобы никто не увидел издалека. Значит, они должны были быть где-то в лесу.
Щеки пылали. Но мне не было страшно. Все, что меня волновало – жизнь и здоровье Алисы. Вспоминая ее лицо, ее улыбку я потихоньку овладевал собой. Я прекрасно помнил, чем в итоге обернулась моя горячность при первой нашей встрече. Я был вырублен. Сейчас от моих действий зависело абсолютно все. И я не имею права на ошибку.
Вдалеке показался какой-то силуэт. Я прибавил шагу. Это был он. Димон сидел на какой-то коряге, а у его ног лежала связанная Алиса. Рот ее был заткнут пионерским галстуком. Я видел только ее глаза и черную рукоятку ножа в руках Димона.
– Привет, Сема! А я тут тебе сорок с небольшим килограмм счастья принес!
Димон прижал нож к горлу Алисы и широко улыбнулся. У меня все сжалось внутри от ужаса, жалости и бешенства. Я непроизвольно сделал шаг вперед. Нож в руке Димона аккуратно качнулся, оставив на Алисе небольшой шрам. Та попыталась закричать, но галстук во рту не дал ей этого сделать.
– Даже не пробуй, – предупредил Димон. – Я успею первый, и заставлю тебя смотреть на то, как я выпущу ей кишки.
– Алиса тут ни при чем, – сказал я губами, которые вдруг стали чужими, непослушными. – Отпусти ее, и поговорим спокойно.
– А мы и так говорим спокойно, – улыбнулся Димон. – По крайней мере, я не нервничаю.
– Слушай, Дим, у тебя же ко мне претензии. Лично ко мне.
– Дело в сути претензий, Сема. Ты ведь что сделал? Ты лишил меня сестры. Человека, которого я любил всю свою жизнь. Я и подумал: а лишу-ка я тебя человека, которого ты любишь. Справедливо, правда?
Я смотрел не на Димона, а на Алису, в ее умоляющие глаза. «Если этот урод с ней что-то сделает, ему не жить», – подумал я, чувствуя, как бешено колотится в груди сердце.
– Ты облажался, брат, – сказал я, стараясь придать своему голосу уверенности.
– Я? – изумился Димон. – Вот как… Почему же?
– Я ее не люблю. Ты же меня знаешь – охреневший мажор. Зачем мне какая-то пионерка из неблагополучной семьи? Тем более, ты сам понимаешь, что я немного из другого времени. Нам не суждено никак быть вместе.
Димон вопросительно посмотрел на Алису, повернув ее лицо к себе за подбородок. Алиса согласно кивнула.
– Я уж не знаю, кто там из какой семьи, – засмеялся Димон. – Но я не слепой, Персик. Ты ее любишь. И чем больше доказываешь, что «нет», тем больше я понимаю, что «да».
– Аню убил ты, – жестко сквозь зубы сказал я. – Если бы у нее был умный, любящий брат, все сложилось бы иначе. Но у нее был другой брат. Наркоман, кретин и эгоист.
– Замолчи! – крикнул Димон.
– Ты никогда не думал о ней, только о себе, – повысив голос, продолжал говорить я. – О своих таблеточках, порошочках, ампулках. О том, как накидаться в очередной раз и погонять под кайфом по ночной Москве, детей посбивать!
Взбешенный, Димон вскочил на ноги. На миг он потерял контроль над ситуацией, ослепленный ненавистью, и Алиса этим воспользовалась. Перекатившись по траве, она вскочила на ноги и метнулась куда-то в сторону. В попытке схватить ее, Димон отвел от меня взгляд, и я мгновенно прыгнул на него, вцепившись в запястье вооруженной руки. Он пытался вырвать руку, но я держал его так, как будто это сейчас было самое важное в моей жизни.
– Дим… – скрепя зубами от напряжения, заговорил я. – Я знаю, что говорю, я сам был такой! Весь мир у моих ног, а я над ним летаю, как долбанная фея Динь-Динь! Но на самом деле все оказалось не динь-динь. И я остановился. А ты можешь остановиться? Или слабо?
Помолодевшее лицо моего бывшего друга было очень близко, его искажала гримаса злобы. Казалось, вот еще миг, и он вцепится зубами в мое лицо.
– Когда я остановлюсь, ты узнаешь об этом первым!
Внезапно, я ощутил удар под дых. Я оставил вторую его руку на свободе и подпустил его слишком близко! Идиот…
